Корзина

Популярные книги

«Сказки Матери Божией»

Год выпуска: 2017

Автор: Турышевы Олег и Мария

Цена: 1000 р

«Не умолкнут Песни»

Год выпуска: 2017

Автор: Турышевы Олег и Мария

Цена: 400 р

«Се стоит среди вас Некто, Которого вы не знаете»

Год выпуска: 2012

Автор: Турышевы Олег и Мария

Цена: 500 р

Духовный Отец


Духовный Отец – конечно, тема эта очень объёмная и глубокая, и невозможно охватить этот вопрос в нескольких словах. Но всё-таки мы решаемся прикоснуться к этой важнейшей теме для каждого мыслящего ума, способного проанализировать и свою жизнь, и избрать для себя Истинно Верное направление, куда влечёт его сердце.
История человечества насчитывает многие миллионы имён, званий и профессий, подходящих под это название – Духовный Отец. Мы же решаемся приоткрыть значение Духовного Отца как Носителя Божественной Идеи, Данной человеку по Милости Божией.
Во-первых, обратимся к понятию Духовный. Кто такой Духовный? Понятие Духа Святого прочно связано с Пониманием Священного Писания на внутреннем Его сокрытом уровне. Мы знаем, что всё Писание Боговдохновенно, всё оно содержит ту сакральную Суть, что ещё надлежит человеку исследовать и познать, чтобы приблизиться к Богу. И Путь к Познанию Бога напрямую связан с понятием Веры, Живой и Действенной. А мы знаем, что сказано, в Вере вашей покажите Добродетель, Рассудительность, Воздержание, Терпение, Благочестие, Братолюбие и Любовь. Значит Духовный – это обязательно обладающий этими Добродетелями, хотя бы в той мере, что способен на сегодняшний день в себя вместить и вынести из себя как дело, должное послужить Богу-Отцу. Как сказано, Вера без дел мертва. Об Истинной сути происходящего всегда свидетельствуют дела, соделанные либо в Духе Святом, либо в духе земном.
Значит Духовный – это живущий Божественными Добродетелями и выражающий из себя Слова Живые, что суть Качества Веры, Надежды и Любви Божией.
А теперь обратимся к Понятию Отца. Кто такой Отец? Отец – это обязательно тот, кто имеет детей и способный детей своих выращивать и воспитывать в Добродетелях Христовых. Первый и Единый Отец наш – это, конечно, Бог-Отец, Даровавший нам Сына Своего Единородного, Сущего от Отца и Проявляющего из Себя Жизнь Своего Отца. Никто не видел Бога, и только Сын Его Единородный явил Его через Себя. Бог-Отец, как в Писании сказано, есть Слово, Полное Благодати и Истины, и Слово сие есть Любовь. Посему мы можем утверждать, что Истинный наш Отец есть Сама Любовь, Воплощённая здесь на земле в Сыне Своём, Господе нашем Иисусе Христе.
Слово Отец предстаёт пред нами как Пастырь, как Проповедник, берущий Слово у Бога и окармливающий этим Словом свою паству, жену свою, данную ему от Бога, во имя продолжения Божественного потомства на земле, ради рождения Слов Живых, способных трудиться и расти в душах человеческих.
Но Пастырь сей должен обязательно иметь Любовь к детям своим, он должен обладать Знанием и Силой, Способной выращивать потомство во Имя Божие.

И таким Отцом Истины, мы желаем назвать одного Мудрого и Любящего Человека, что поистине Жизнью Своей воплотил сие Славное Имя Отец Духовный. Имя Ему – Белодед Владимир Константинович, годы жизни которого здесь на земле 1927-2010. Мы преклоняем колена свои пред Подвигом Человека сего. Ибо Он сумел Жизнью Своей показать как возможно возлюбить Ближнего своего как самого себя, как возможно стяжать Духа Святого и отдать всего Себя во Имя Счастья и Радости детей Своих духовных.
Будучи уже в преклонных годах, и имея за плечами Своими долгие годы, проведённые в борьбе за духовную свободу, и претерпевая на Себе все тяготы советского режима, направленного на уничтожение Веры в душе человека, Он сумел не только родить в Себе Любовь Божию и не только достойно пронести и тюремное заключение, и предательство близких людей, и попирание личной свободы, но и создать на земле действительно Святое и Верное общество – Духовную Семью. И всю Жизнь Свою посвятить служению детям Своим. Коих возлюбил превыше Своей собственной Жизни.
Наш Духовный Отец Владимир Константинович Белодед за столь короткий временной отрезок (18 лет существования Семьи, 1992-2010гг) сумел даровать бесценное сокровище – Ключи Жизни, кои открывают нам Путь к Богу-Отцу. Величайшие Знания были дарованы нам, малым, и дарованы Просто, Светло и бескорыстно, по Любви Родительского Сердца. Сколько Величайших Слов Воскресил сей Человек, вдохнул в них Дыхание Жизни, и они ожили на наших глазах. И пропели нам свою Истинную Песнь Любви. Сколько было им написано Книг, брошюр, в коих сочетаются все жанры литературного творчества. Это и Евангелия, и Псалмы, и сборники Молитв, и Сказки, и рассказы, и романы, и басни, и притчи, и поэмы, и стихи. Под Его чутким руководством созданы новые художественные полотна, написана прекраснейшая Музыка, а главное, Он научил нас Любить Жизнь в любом Её проявлении. Владимир Константинович, наш Родной и Любимый Отец, научил нас Собственным Примером бережно относиться к Слову, ценить и уважать каждого человека, любить и веровать в Бога.
Жизнь Его всегда была тиха, скромна, кротка, смирёна и незлобива. От Него на нас, Его духовных детей, как и на всех людей, всегда исходила лишь одна Благодать. И мы всегда видели в Нём и Доброго Друга, и внимательного Собеседника, и уважаемого всеми Человека.
Как мы плачем и благодарим до сих пор сего Славного Отца Духовного. Он принёс нам Совершенно Новый Мир, где все любят и уважают друг друга, где ценится труд каждого и уважение царит среди людей.
Неоценим Его вклад в российскую культуру и искусство. Бесценна Роль Слова Его. Человечество ещё не знает сего Славного Имени. Но, как и всегда случается, что действительно важные и необходимые достижения человечество может оценить только тогда, когда подрастёт и духовно, и нравственно, и сумеет принять ту Благодать, что дарует ей Бог-Отец через Своих Верных Посланников.
Как каждого Истинно Верующего Человека Его всегда любили и любят маленькие дети. Они искренне к Нему тянулись и каждый раз в общении с нашим Отцом обретали для себя и Утешение, и Ласку, и Любовь, и Радость.
Скольких Он исцелил, скольким помог! Скольких болезней и духовных, и телесных смогли избежать Его дети. Это трудно счесть и измерить. И всегда Он трудился просто и бескорыстно, ничего не требуя взамен. Только ради того, чтобы Любви в мире стало чуточку больше.
Он не знал ни отдыха, ни праздников, ни выходных, ни отпусков. Вся его Жизнь была одним служением. Ещё в детстве, Он вырос в приёмной семье, взявшей Его из детского приюта, Он учился любить Своих маленьких братьев и сестричек. Он был им и за няньку, и за друга, и за родителей. Затем война, трудовой лагерь с принудительными работами, затем опять заточение за Любовь к Богу и за служение людям. После репрессии Владимир Константинович берёт в жёны женщину с тремя детьми, и они с женой рождают ещё четверых. Семеро детей, и наш Отец один кормилец. Затем предательство со стороны его жены. И власти отлучают Его насильно от семьи  и не позволяют трудиться во Славу Божию.
Предательство и духовных детей Он пережил. Но никогда из уст Его не исходил ропот или обвинение, но всегда лишь Благодарность Господу нашему Иисусу Христу за все Его многочисленные Благодеяния для нас малых.
Владимир Константинович мог в любое время суток прийти на помощь детям Своим и всем нуждающимся, и просящим Его о помощи. Его телефон не замолкал ни на минуту. Он шёл к больным маленьким детям, помогал в строительстве, подкреплял и одерживал всякого нуждающегося в помощи Его. И всегда Его сопровождало Святое Слово Прощение. Ибо дети Его всегда по малости и ошибались, и падали, и соблазнялись. Но Он шёл уверенно вперед к Заветной Цели – Служение ради Рождения Любви в душе человеческой. И Подвиг Его не с чем сравнить среди людей.
Мы выражаем искреннюю признательность пред Памятью Любимого нашего и Родного Отца. Да прославится Имя Его Святое среди всего человечества. Да признают Его Отцом Своим многие народы. А мы да воспоём Песнь Любви Ему.


Мой Родной Отец! лишь в Тебе Одном
Обретаю я для души покой.
Ты детей ведёшь в Светлый Божий Дом,
Освящая Путь к Святости Собой.
Над землёй Своей всходишь Солнцем Ты,
Изливая щедро Лучики Любви.
И, купаясь в Свете Отчей Тишины,
Возрастают дети малые Твои.
Каждому несёшь Ты Свой Дар Благой,
В душах открывая Святости поток.
И с земли струится ручеёк златой,
К Небесам взмывает белый голубок.
Ты в Свои Ладони примешь его песнь
И наполнишь звуки нежные в тиши
Чистотой Дыханья Божьих Светлых Уст,
Чтоб взрастали дети, как певцы Любви.
Сотни голубков устремятся ввысь,
Из сердец прольётся музыка Зари.
Светлое сиянье чистых детских лиц
Будет славой Вечной для Отца Любви.
И в соединенье всех Святых сердец
Возрастёт Великий плод Любви Живой;
Воссияет в Небе Вечности венец,
Как Светило Правды, круг Семьи Святой.
 
Пою Тебе песнь, Отец,
Мой светлый Творец прекрасный!
Она в миллионах сердец
Найдёт свой приют, и ясный
Свой свет разольёт окрест,
Войдёт в души лебедью белой.
Не будет на свете мест,
Где бы не знали смелый,
Прекрасный её полёт.
И взоры сердец людские
Она за собой вознесёт
В высоты Твои голубые.
Она приведёт к Тебе
Людские стопы, мой Отче,
Она в пресветлой заре
Глаза людей сделает зорче.
И руки их душ она
Протянет к Тебе, Господь мой,
И образ Твой взяв в сердца,
Они полетят в полёт свой.
Они устремятся ввысь,
С земли оттолкнувшись ногами,
Чтоб души их вознеслись
Пресветлыми лебедями.
До сердца, что нет мудрей,
Прекраснее и щедрее,
Как хочется, чтоб скорей
В дому их стало светлее.
И там бы зажёгся Свет,
Несущий в Себе Жизнь и Радость.
Так пусть же взойдёт Рассвет
Из песни Любви. И Благость
С Истиной навсегда
Сплетутся в полете Великом,
Чтобы сияла Звезда
Любви Твоей Вечным ликом.

Кама, Божия река Любви!
Я гляжу на чудные твои
Воды, что так бережно несёшь
В русле светлом и с надеждой ждёшь
Времени святого, что придёт
Вскоре на брега великих вод.
О моя уральская земля!
Ты — святая колыбель моя —
Стала сердцем Божией Любви,
И отсюда светлые твои,
Господа прекрасные Сыны,
В мир пойдут на благо всей земли.
Знаю я, что времена придут
И народы мира потекут,
Словно воды светлые твои,
Кама, чтобы головы свои
Преклонить перед тобой, река,
И ногой ступить на те брега,
Где ходил пресветлый наш Отец
И творил, чтобы Любви венец
Засиял Небесным Светом Дня
На главе твоей, земля моя.
О Россия, Божия страна!
Ты хранима Господом была
В годы испытаний и невзгод
Для времён иных, чтоб твой народ
С Господом и Матушкой Родной
Стал единой нацией одной.
Чтобы вся великая земля
Стала бы, как Божия семья,
Чтобы пали все преграды ниц
И не стало более границ
Меж людьми, и лишь Любовь одна
В дом людской царицею вошла.
И наступят золотые дни,
Где не будет боли и беды,
Войн не будет и людской вражды.
Лишь великая звезда Любви
Будет жизнь давать и кровь
Божией земле по имени Любовь.


 

Для того чтобы Слово нашего Духовного Отца прозвучало явно пред Вами и Вы могли бы сами удостовериться в его Красоте и Глубокой Мудрости, на нашем сайте представлены некоторые произведения Белодед Владимира Константиновича, такие как «Бог есть Слово, Полное Благодати и Истины», «И сотворил Бог человека по Образу своему», «Слово Матери Божией Детям Своим» (3 и 4 части), роман «Повинную голову меч не сечёт». А также роман «Се стоит среди вас Некто, Которого вы не знаете», написанный нами, Его духовными детьми, в котором озаглавливается краткая духовная биография Белодед Владимира Константиновича. Кроме того вы можете прочитать на нашем сайте поэму из 4 части «Слово Матери Божией Детям Своим». Заранее искренне благодарны Вам за Ваше внимание и обращение к нашему творчеству и приглашаем Вас ознакомиться с нашей литературой и при желании оставить нам отзыв. Спасибо.

Олег и Мария Турышевы.

 


Ты - Господняя дочь псалмы читает и поёт Отец
Гимн Отцу
Гимн Маме
О Россия, Россия Святая
Светлый мой золотой дождь
Мой родной Отец
Великолепный луг цветочный
Река Любви
О великий город мой
Поток Любви
Ты Господняя Дочь

 


 

Сказ о Дочери Царской

Где сходятся пучины синих вод,
На брег бросаясь, брызгами летя,
Лежит земля, и в ней живёт народ.
Я расскажу тебе о нём, дитя.
Поведаю в сём сказе Я о том,
Как правит в царстве мудрый господин,
Как чист и светел его чудо-дом;
И он живёт в нём не один.
Ведь у него есть сонмы слуг —
Послушных, преданных Царю;
Есть лучники, и их тяжёлый лук
Всегда готов себя явить в бою;
Садовник есть, что бережёт сады,
Хранит их в день любой и в ночь.
Но ярче всех светило красоты —
Дитя Царя, его родная дочь.
Как родилась на свет сия звезда,
Я расскажу тебе, малыш родной,
И ты, услышав Мамины слова,
Последуй в свете их за Мной.


ГЛАВА 1

Стоит среди земли большой дворец,
В нём долгий век живёт в печали Царь;
Ведь у него есть царственный венец,
Но он бездетен, и великий дар
Не может он вручить в любви своей.
И ежий день он с ложа восстаёт
И, выйдя на простор родных полей,
Из уст своих молитвы к небу шлёт.
Он молит небо, дабы дар святой
Сошёл в жилище царское как свет,
Текущий чистотой родник живой,
Как неба Божьего привет.
Он так желает, чтобы дом родной
Наполнился звенящим ручейком,
И детский нежный голосок живой
Влил жизнь свою в богатый царский дом.

Так день за днём идут его года:
Стареет Царь, седеет голова,
Но до сих пор небесное дитя
Не озаряет светом дом Царя.
И погружается в печаль его душа;
Неверье входит тихо в дом Царя,
Надежду оставляет он тогда
И удаляется в покои сна.
Кто оставляет веру, тот всегда
Впадает в сон, сомкнув свои глаза.
Ведь только в вере обретёт душа
Прозренье светлое всегда.
Заснули слуги, впал в тяжёлый сон
Дворец от основанья до главы.
Стоит он, духом сонным полонён,
Ничто не нарушает тишины:
Не шелестит дерев златых листва,
Не пролетает стайка малых птиц,
Остановились даже облака,
Цветы поникли головою ниц —
Всё впало в сон. И тропки заросли
Травою сонной, что в самой земле
Пустила корни чёрные свои,
Как в клетку, заключив её во сне.
На долгий век заснул дворец Царя:
Сам он, Царица, слуги, свита вся,
А вместе с ними впала в сон страна.
Лишь море тихо плещет в берега.
Так век катится к своему концу.
Придёт ли кто к заснувшему дворцу,
Чтоб влить в него дыхание весны
И жизнью напоить предел страны?

Чрез море чудо-ласточка летит
И к берегу знакомому спешит.
Она несёт весть светлую земле,
Что в сон вошла, о дивном корабле.
Она скорей спешит земле сказать
О Том, в чьём сердце бьётся благодать,
Кто Сам ведёт корабль Любви Святой
В пучинах вод к Своей земле родной.
И песнь её, как нежный лепесток,
Спускается на берег, на песок,
И льётся в глубь страны как светлый дар,
Как от огня Божественного жар.
Она поёт так нежно, так светло,
И песнь её о Том, Кто на чело
Надел венец, горящий, как звезда,
Чтоб землю осветить Собой до дна.
Как лепестки, летят её слова.
И все сии златые семена
Ложатся в землю, чтоб она смогла
Узреть приход великого Творца.
«Проснись от сна, великая страна,
И возрасти святые семена,
Что я по воле Господа Любви
Несу в глубины тайные твои!
О милая земля! О дивный край!
К тебе уже спешит небесный рай.
Его вместил в Себя Спаситель твой,
Который Сам создал ковчег златой,
Сам принял руль благого корабля
И возжелал, чтоб стала ты, земля,
Обителью небесной чистоты,
Рождающей детей — сынов Любви.
Восстань из праха, дивная страна,
И обрати взор сердца в небеса,
Войди в поток небесной синевы,
Омойся телом в чаше чистоты!
О вере вспомни, к ней направь свой ход,
Ведь от начала древний славный род
Наполнил тебя мудростью своей.
Взрасти ж достойных небу сыновей.
Сильна ты будешь верою, страна,
Любовью светлой, радостью полна.
Не должно спать тебе во сне земном,
Забыв обитель Света — Божий дом!»

И пробуждается от песни вся земля,
Ведь нежный голос птицы, что заря,
Собою освещает небосвод.
И чистые потоки вешних вод
Бегут во все концы большой земли,
Как вестники, как добрые гонцы.
В них входит постепенно вся земля,
Снимая с глаз своих печати сна.
Потоки светлой песни входят в дом,
Что сонной пеленой был окружён,
И звуки голоса звенящего любя
Касаются безмолвного Царя.
И встрепенулся он, раскрыл глаза свои,
Услышав песнь Божественной любви.
Он с ложа сна встаёт — и песнь любви
Дарует ему капельки свои.
Она, как светлый голубой поток,
К Царю несётся в дом, дабы он смог
Омыться в свете утренней зари,
Принять в себя дыхание любви,
Открыв глаза на Божию красу,
На золотую юную весну.
Царь чрез покои не спеша идёт;
И оживает, просыпается народ:
Все слуги, все домашние Царя
Встают от долгого земного сна.
А Царь выходит на простор полей,
Вдыхает в грудь красу земли своей,
Которая открыла ложесна
Для света, чтоб благие семена
Излились в глубину её души
И в ней произросли его плоды.
Он обращает к небу светлый лик,
И из груди Царя исходит крик —
Глас радости, восторга и мольбы
К Родителю Божественной весны.
И ласточка с небес к нему летит,
Наполненная радостью кружит
Пичуга малая вокруг Царя, — и он
Вдруг сотворил пред ней благой поклон.
Склонился Царь пред птицею любви,
Навстречу обратив перста свои;
Промолвил он в заветной тишине:
«Приди, родная ласточка, ко мне,
Сядь на мою раскрытую ладонь!
Так жажду я принять святой огонь,
Который ты несёшь в себе, мой свет!
Тебя я ждал во тьме уж много лет;
И вот святою птицею небес
Сошла ко мне Божественная весть.
В тебе я усмотрел великий знак,
Излившийся с небес. О, как я рад
Узреть твоё сиянье и в тиши
Внимать той песне, что для жаждущей души
Сошла бесценным даром чистоты!
Родная ласточка! Лети ко мне, лети!
Тебя я не обижу, не предам,
Ведь этот свет великий с неба дан
В моё жилище скромное как дар,
Что призван малый огнь в великий жар
Разжечь. И сей огонь моей души
Наполнит всё, и новые ростки
Поднимутся во свете бытия,
Дабы исполнилась мечта моя».

И ласточка в ответ в ладонь Царя
Спускается — и вмиг его земля
Наполнилась лучами, что в себе
Несла посланница небес к душе.
Он гладит пёрышки пичуги неземной,
Любуется её святой красой
И поднимает высоко над головой,
Чтоб осветила ласточка собой
Его главу. И в тот же миг она
Воспела, распахнув свои уста:
«О милый Царь! Ты счастие искал,
Ночами долгими в покоях ты не спал:
Всё плакал и страдал в ночной тиши,
Дабы спустился свет во глубь души.
И вот настал сей славный, дивный час,
Когда услышал ты небес отверстых глас.
Приблизились святые небеса,
Дабы узрели, наконец, твои глаза
То семя, что златистою звездой
Сияет в небесах страны родной.
Прими то семя чистое, мой Царь, —
Оно откроет для тебя ту даль,
В которую стремился ты душой
Войти, чтоб в ней найти благой покой!»
И зёрнышко лучистое она
Влагает в руку нашего Царя.
Как возгорелся взгляд его очей,
Душа наполнилась Божественных речей!
Он к сердцу своему прижал ладонь,
В которой был сокрыт зерна огонь.
Во глубине священного зерна
Сокрыта жизнь великая была.
Надёжно кожурой окружена,
Она во свет взрастала, и пока
В хранилище сокрыта ото всех
Она была. Но вот благая весть
Пришла с небес, и в ней, как дар святой,
Сокрыто семя — жемчуг неземной.
Дано ему собою осветить
Простор земли и светом напоить
Её глубины, чтоб смогла земля
Взрастить из лона чистого дитя.

Приняв великий дар родных небес,
Царь, как на крыльях, в свой златой дворец
Отправился. А сердынько в груди
Так бьётся, словно светлые лучи
Пробиться жаждут из глубин его,
Собою освещая бытиё.
В своей руке он зёрнышко хранит,
Что должно в землю чистую вложить,
Чтоб возрастила светлая земля
Любви небесной милое дитя.
И у ворот, ведущих во дворец,
Увидел Царь явление небес:
С высот небесных до самой земли
Сходили яркой радуги лучи.
Семь чистых, незапятнанных цветов
Вместила радуга в себя. Как кровь,
Был первый цвет алеющий зарёй;
Второй был золотой, как меч благой;
И золото вливалось в солнца цвет,
В горящий ясной желтизной рассвет.
За ним тянулись новые цвета:
Зелёный, словно жизнь любви ростка,
Прекрасный голубой, как небосвод,
Наполненный теченьем Божьих вод.
И далее во светлой глубине
Сгущались воды, твердь творя в себе, —
И открывалась бездна бытия,
В которой глаз Господних синева
Сливалась с глубиной Творца Любви,
Открыв высокие небесные слои.
Все семь цветов слились в поток один,
Наполнив мир сиянием живым.
Вступившая в завет с Творцом Любви
Душа узреет радуги слои,
Познает все цвета, всю глубину,
По радуге вольётся в высоту,
Чтоб пред душой открылся свет конца,
Входящего в простор Любви Творца.

И у ворот встречает Царь жену,
Прекрасную Царицу, что к нему
Навстречу вышла, руки протянув
К супругу своему. Он долгий путь
Проделал, дабы обрести
Златое семя для своей земли.
Она во глубине дворца, в тиши
Желала ежей клеточкой души
Узреть скорее славного Царя.
И вот воспела радость вся земля:
«Вернулся Царь, вернулся наконец!»
Приветствует его родной дворец;
А милая Царица так светла,
Что глаз отвесть не может от лица
Её наш Царь; любуется женой,
К ней поцелуй неся как дар святой.
И силою великою сердца
Соединились в свет любви венца:
Златое семечко соединило их —
И два потока, трепетных, живых,
Слились в единое теченье вод,
Чтоб из единства изошёл росток,
Наполненный Отцовской глубиной,
Омытый Материнской тишиной,
Раскрывшийся сияньем красоты
В лице дитя Божественной любви.
Взяв за руку Царицу, Царь идёт
Во глубину дворца. Его народ
Поёт хваленья песнь, и огоньком
Вошла святая радость в царский дом.
В покоях, в сокровенной глубине,
Царь рассказал Царице о весне,
О том, какой прекрасный чудный дар
В пути обрёл он; и священный зал
Весь осветился чистотой зерна
Из Божьего златого колоска.
Царица не дыша зерно взяла
В ладонь свою и к сердцу поднесла.

«О сердынько моё! Прими сей свет
Зерна лучистого, и возрастёт он в цвет —
Прекрасный, алый — утренней зари,
Наполненный потоками крови.
Златое семечко! Войди в меня как дар —
Вольётся светом чистым Божий жар
В сердечко жаждущей и плачущей души.
Войди во глубину мою, войди!
Тебя я буду в глубине хранить,
Водою свежею из уст поить.
Тебя я сберегу от злой руки,
От чёрной, тёмной вражеской ноги.
И над тобой не пролетит в злобе
Лихая птица на своём крыле;
И лишь покой и Божья благодать
Твоё сердечко будут наполнять.
О семя малое, зерна лучистый свет!
Ты дай мне, бедной душеньке, ответ,
Войди в меня потоком золотым,
Текущим золотом очищенным, живым!»

И в тот же миг, открыв уста свои,
Заговорило семечко Любви:
«О милая Царица, свет-душа!
Прими меня в себя как малыша,
Лелей меня и взращивай в себе,
Чтоб возрастало семя в полноте!
Всё доброе должно во мне созреть,
И лишь тогда смогу я полететь
Плодом великим к небесам родным,
Чтоб напоить вас дождиком златым.
Люби меня, Царица, и храни,
От дуновений злобных береги,
Не дай морозу лютому прийти
И погубить свет в глубине души!
Сама же, словно любящая мать,
Ты будешь близ младенца созревать,
Питаясь от источника любви,
Что изливается из мира тишины.
Ты станешь мудрой матерью; и плод,
Возросший внутрь тебя, святой народ
Поднимет высоко и понесёт
В высоты горние, где Божий небосвод
Откроется обителью родной
Для всех детей, вернувшихся домой».

С того великого святого дня
Взрастает семя; светлое дитя
В Царице зреет, наполняясь чистотой
Её души проснувшейся, живой.
Царица входит в труд святой души,
Чтоб возрасти ей в матерь чистоты.
Она хранит и бережёт дитя
От злых речей, от взгляда хитреца.
Она стремится быть во всём нежна,
Приветлива. Ведь чувствует она,
Как светлые лучи её любви
Ребёнка наполняют, и расти
Ему легко в тиши пресветлых крыл,
Что матери с небес Бог подарил.
И ежий миг склоняется она
К сердечку нежному святого малыша
И вопрошает трепетно к дитя:
«Малыш мой! В чём нужда твоя?»
И светлым лучиком взрастающей любви
Речёт малыш о том, что принести
Должно душе Царицы для него,
Чтоб наполнялось жизнью естество.
Едва Царица слышит глас в тиши,
Как сразу же спешит свершить шаги,
Которые наполнят малыша
Сияньем жизни. И растёт душа
Царицы в материнстве близ дитя —
Се путь её святого бытия.
Когда ей трудно по стезе идти,
И ночь стоит стеною на пути,
Она тотчас же к небу лик святой
Поднимет, и взметнётся глас живой
Молитвы материнской в высоту.
И Бог услышит светлую слезу,
Что тонкою струной поёт в ночи,
Моля Всевышнего о светоче любви.
Он изольёт поток великих слов
К душе, над ней прострит любви покров;
На нём сияют звёзды и луна,
Что душу поведут во свет утра.
И в свете сих Божественных даров
Душа откроет тайну вечных слов,
Что ей помогут устоять в пути,
Взрастая в матерь светлой тишины.

И в темноте ночной поёт душа
Песнь колыбельную, лаская малыша
И говоря ему, что ночь пройдёт, —
Через труды благие обретёт
Царица нежный розовый рассвет,
И в сердце малыша вольётся свет.
Так в самой сокровенной глубине
Растёт дитя, вбирая соки все
Из тела матери своей. И вот
Готов из лона выйти зрелый плод.
Царица чувствует желанье малыша;
В миг светлый замерла её душа.
Она воскликнула: «О мой супруг родной!
Я чувствую, настал мой день святой,
Которого ждала я столько лет.
Из лона моего заветный свет
Уже готов пролиться в этот мир,
Чтоб обрести в нём лёгкость белых крыл,
Которые поднимут свет души
В Божественный чертог Отца Любви».

От светлых слов ликует Царь-отец,
Предчувствуя счастливейший конец.
Он к небу обращает светлый лик,
Из уст возносит совершенный стих:
«О мой Господь! Надежда Ты моя!
В день светлый обретаю я дитя,
Что Ты Своею силой даровал.
Как лучший дар, Ты семя жизни дал
Мне в руки, чтобы я принёс сей дар
К жене своей — и жизни новой жар,
Как солнце, возгорелся внутрь её,
Собою освещая бытиё.
Я прежде был так немощен и слаб,
Я жил в темнице, словно жалкий раб;
Мои богатства были той стеной,
Что не давали мне узреть живой
Нетленный свет. Но вот сошла любовь
В мой дом — и я увидел вновь
Себя, Царицу, я узрел Тебя,
Великий Бог. Ты даровал дитя,
Чтоб наполнялось царство всё моё
Сияньем веры, чтоб взросло оно
В надежде, что великою звездой
Взошла на небосклон оживший мой.
И в этот день я приношу обет
К Тебе, мой Бог, мой несказанный Свет!
Пройдут года — и светлое дитя
Я приведу к Тебе, чтоб в свете дня
Росло дитя, питаясь от Тебя,
Рождая в сердце светоч бытия.
Я буду светлое дитя вести
К Тебе, мой Бог, чтоб в сердце проросли
Ростки Твоей любви — Твой сад благой,
Несущий к небу глас любви живой».

И свет потоком дивной белизны
Вдруг озарил Царя. Сии лучи
Вошли в его омытое чело;
И Царь узрел, как входит в грудь его
Дыханье новое, поток Господних уст.
И сей великий и священный груз
Не тяготит его, не давит, не томит,
Но в жизнь ведёт; и песнею звучит
Дыханье чистое в груди Царя. И он
Внимает звукам жизни. Царский дом
Пронизан весь звучанием любви
От основанья до златой главы.

Поёт сей нежный голос в тишине:
«О милый Царь! Как дар, к твоей земле
Сошла Сама Премудрость в день святой,
И должно ей взрасти в поток живой,
Рождающий плоды во свете дня.
Ты в день святой обрёл с небес дитя;
Сие дитя наполнит дом собой,
И ты узнаешь свет любви святой.
Ты станешь возрастать в нём как отец
И для дитя творить златой венец,
Который будет на головке малыша
Сиять, как лучезарная звезда.
И светлое дитя твоё взрастёт
В звезду святую — и великий род
Своё начало обретёт в звезде,
Как в материнской светлой тишине.
Сия звезда да будет тем венцом,
Что поведёт детей в небесный дом!
Лучами веры и Божественной любви
Звезда наполнит души всей земли,
Чтоб не было рабов, не слышен был
Глухой звон тех цепей, что возложил
Князь мира на рабов своей земли,
Что служат воле смертной темноты.
И свет звучания святых колоколов
Потоком разорвёт земной покров,
Открыв дорогу жизни в храм любви,
Что свяжет небеса и край земли.
И ты иди за чистотой святой
Ребёнка, что уже вошёл в дом твой.
Прими его на руки и воздай
Хвалу Всевышнему за то, что в чудный рай
Он открывает пред тобою путь.
Иди во свет и светом чистым будь!»

Спешит скорее Царь дитя узреть —
Того ребёнка, чей великий свет
Уже волнует глубину Царя,
И он поёт: «О светлое дитя!
Ты — радость моей жизни, ты — мой свет,
Ты — колос злата. И небесный хлеб
Узрят в тебе, о мой малыш родной,
Все жаждущие истины живой.
Ты — нежный ручеёк святой воды,
Сверкающий во свете белизны.
Ты — песня, что несётся в вышину,
Гармонией вливаясь в дом к Творцу».
И в звуках светлой песни Царь живёт,
Как парусник, он по воде плывёт
На парусах надежды и любви,
Желая верой влиться в свет зари.
И вот пред ним предстала та,
Что в день великий принесла дитя.
Царица, тихой нежностью дыша,
Промолвила: «В день сей моя душа
Великое узрела, ибо я
Вошла в стезю святого бытия,
В которой предстоит взрасти душой
Мне в матерь. О Господь мой всеблагой!
Ты дар небесный мне открыл, чтоб ночь
Сменилась утром; даровал мне дочь
Ты в этот день, чтоб я смогла прийти
В чертог Твоей Божественной любви».
Безмерна радость матери с отцом:
Ведь озарился светом царский дом,
Из глаз лучистых милого дитя
Струится нежный свет; он до Царя
Доходит мягкою приветливой волной —
И в тот же миг Царь узревает над главой
Сиянье ясного златистого венца,
Что наполняет жизнью мир дворца.
А милое дитя, взглянув на мать,
Дарует ей глаз светлых благодать.
И в тишине Царица замерла,
Узрев сиянье дивного венца.
А в вышине сливаются в одно
Два золотых венца, чтоб бытиё
Открылось новое в соединеньи двух,
Собою осветив святой союз.


ГЛАВА 2

Взошло на небосклон светило дня —
Младое солнце, — осветив поля,
Наполнив жизнью глубь лесов, влив свет
В потоки вод. Расцвёл прекрасный брег,
Покрылся он ковром цветов живых,
Что манят ароматом пчёл златых.
Весь в солнечных лучах стоит дворец,
Его украсил золотой венец,
В который свет струится с высоты,
Вливаясь лучиком златой зари.
Колокола поют призывно песнь,
Неся святой любви благую весть
Во все концы красавицы-земли:
«Возрадуйся, народ! Ведь с небеси
Излился дар великий — свет живой!
Заполнил он собой дворец златой,
И в глубине его расцвёл цветок —
Дитя святое, дабы сей цвет мог
Открыть всему народу, всей земле
Святую тайну. И взрастут в душе
Большой земли златые семена,
Поднимутся, чтоб влиться в небеса
Живым потоком веры и любви
И воссиять светилом чистоты.
Приди, народ, к великому дитя —
К младенцу, что взрастает в свете дня,
И принеси своей любви дары,
Которые так долго берегли
Твои отцы, трудясь во тьме ночной,
Идя чрез холод! Свет любви святой
Они как искру малую несли
В глубинах душ. И этот свет они
Растили, охраняя от врагов,
Чтоб возгорелся золотом плодов
Великий огнь из искры бытия.
И примет светлый дар дитя Царя
В глубины сердца и взрастит сей свет
В колосья жизни. Благодатный хлеб
Своей рукою испечёт дитя,
Возросшее в просторе бытия;
И сей прекрасный, золотистый плод
В руках поднимет, и святой народ
В нём обретёт и пищу и питьё,
Откроет в нём святое бытиё.
Лишь царское дитя взрастит сей плод.
Потоки благодатных, чистых вод
Да изольются из его глубин,
Открыв душе святое имя Сын!
Приди, народ красавицы-земли,
К дворцу златому, в сердце принеси
Дары святые для дитя Царя!
Да будет светом полниться земля
От приношений чистых — и взрастёт
Дитя во всём, что в день сей принесёт
Народ, богатый мудростью земли,
Как плод всей жизни — свет святой любви!»

Откликнулась земля на чудо-песнь:
В глубины сердца приняла ту весть,
Что звоном колокольным в вышине
Струилась и несла в самой себе
Глас о грядущем — Слово о Любви.
Ведь должно ей Царицею войти
В земной предел и осветить собой
Всю землю, что взрастёт в простор живой.
Как ручейки, к великому дворцу
Текут народы и в себе несут
Дары любви: здесь злато, серебро,
Каменья драгоценные — есть всё
Необходимое для жизни в новом дне.
И все дары несут к святой душе
Младенца чистого, ведь светлое дитя
Откроется как дочка бытия,
Взрастив в своём потоке все дары
До зрелой, совершенной полноты.
В сей светлый день младенцу принесли
Дары с Востока волхвы-мудрецы.
В руках своих они несли плоды,
Что возрастили у святой горы,
Стоящей на Востоке. Та гора
Святынею была наречена
Всевышним в день, когда святой Восток
Поднялся садом чудным; и поток
Премудрости вошёл в его красу,
Чтоб устремился в неба синеву
Сей чудный сад, растущий от любви,
Плодами влившись в свет златой зари.
Восток богат: в заветных кладовых
Восточных гор хранится свет златых
Каменьев, что горят в глуби горы,
Как звёздочки; сиянье красоты
Несут жемчужины, сапфиры и опал;
В глубинах гор есть сокровенный зал,
Украшенный алмазной чистотой;
Хранится в нём убор, что в день святой
Возложен будет на главу Жены,
Что возросла в светило красоты.
Восток прославлен крепостью меча,
Что мастера умелого рука
Из стали звонкой творит день и ночь.
Сей меч блеснёт — и повернёт враг прочь,
Не выдержав сияния меча;
Падёт в мгновенье голова с плеча
Злодея, что восстал в недобрый час.
Взметнётся в небеса победы глас;
Хваление народы воспоют
Великому мечу, прославив труд
Творца, вложившего Себя в сей меч.
Ещё в глубинах гор восточных есть
Одежды, что из розовой зари
Сотворены Богиней красоты.
Они тонки и лёгкостью полны,
Все нити связаны дыханием любви
Без узелков; изъяна в ткани нет,
А из глубин её струится свет.
Наденешь ту одежду — и душа,
Как птица, устремится в небеса.
Хранится в глубине восточных гор
Светильник золотой; святой узор
Украсил вязью чудной лик его.
Узоры все в живое полотно
Сплетаются; струится чудный свет
Из глубины его. Прекрасней нет,
Чем сей светильник веры и любви,
Наполненный елеем чистоты.
И рядом с ним во глубине горы
Хранится ладан; и в святой тиши
Он источает дивный аромат,
Благоухая, как великий сад.
И все богатства недр восточных гор
Волхвы несут в день светлый в царский дом.
Младенец всю восточную красу
Узрит и примет в глубину
Своей открывшейся святой души
Заветные восточные дары.

Подходит к колыбели первый волхв,
Неся в своих руках святой покров,
Что соткан из прекрасных нитей дня.
Они горят, как светлая заря,
Которая собою напоит
Дитя святое, в сердце его влив
Сиянье пробудившейся земли,
Открывшейся к Творцу, дабы в любви
Взрастало сердцем малое дитя,
В глубинах чистых свет зари неся —
Свет, что родился от Творца Любви,
Создавшего Премудростью миры,
Планеты, земли, ширь небес святых
И души, что дыханием благих
Господних уст наполнились в тиши
Превечной, первозданной чистоты.
Из чистоты был соткан сей покров,
Украшен он единством Божьих Слов,
Горящих в небесах. И для души,
Что создана Всевышним для любви —
Любви великой, чистой и святой —
Был уготовлен сей покров благой.
Возьмёшь его — он золотом горит,
Как солнце ясное, на небеси светит;
И сотни лучиков святой любви
Исходят от покрова чистоты,
Что соткан был Премудростью Творца
Софией, сотворившей полотна
Святую гладь, украсившей Собой
Его белейший лик. Святой рукой
София вышивала полотно,
Что в день рождения к дитя принесено
Великим даром, дабы то дитя
Вступило в путь благого бытия,
Пройдя все стези, что, как строчек ряд,
Единством в полотне святом горят,
Прочтя все буквы, что Господь Благой
На белизне его Своей рукой
В день первый начертал. То полотно
Как путь великий в Божье естество
Открылось пред дитя. И замер свет,
Взирая на таинственный напев
Слов вечных, что по полотну любви
Текли рекою светлой. И в тиши
Из рук волхва принял сей чудный дар
Отец затем, чтоб осветился зал
Сияньем дара чудного. И вот
В волненьи замер двор, и весь народ,
Что в день рождения притёк к дворцу,
Пред даром дивным, что свою красу
Явил к нему, поклон кладёт земной.
И ангелов небесных хор святой
В сей миг излил своей любови песнь,
Прославив святости дитя. Благую весть
Узрели в песне все, кто в этот миг
Склонился пред Всевышним. Чудный стих
Наполнил все умы, что в день благой
Открылись пред Творцом. И глас живой
Вошёл в дома, чтоб светом напоить
Пределы их и в мир Творца открыть
Путь светлый, коим сможет весь народ
Подняться до Божественных ворот,
Ведущих в мир Премудрости. Хвала
Всевышнему за то, что те слова
Вошли потоком Божьей чистоты
В предел сотворенной Премудростью земли,
Чтоб возросла во свете вся земля
И в светлый путь благого бытия
Она б направила свой лучезарный лик.
Се был великий и прекрасный миг,
Когда Творец перед Своей землёй,
Обретшей в день рожденья дар благой,
Открылся в полотне святой любви,
Что соткано в Божественной тиши
Премудрости Великой для дитя,
Что понесёт свет жизни вглубь себя,
Живя Премудростью, Её святой красой
И открывая в сердце мир живой,
Что Ею сотворён. «О свет-дитя!
Пред даром вечным встало ты, любя
Его всем естеством своим. О дщерь
Божественной любви! Святая дверь
Да распахнётся пред тобой, когда
Познаешь ты глубины бытия,
Сокрытого в тебе, когда пройдёшь
Ты стези все, познав их через ночь,
В которой засияло в вышине
Светило правды! И в самой тебе
Оно да возгорится как луна,
Сияющая чистотой Творца
На небесах души! Пройдёшь свой путь
Ты, дочка бытия, чрез ночь, и в грудь
Твою вольётся звёздный хоровод
Теченьем чистых синеоких вод.
Ты станешь жить в них, милое дитя,
Звёзд вечных чистый свет в себе храня
И умножая всё, что в них живёт.
Когда к тебе придёт святой народ,
Что наполняет мир твой, ты сей свет
Единства звёздного да изольёшь: ведь нет
Для душ земных, живущих в темноте,
Светлее ничего, чем в вышине
Небес Господних звёзд горящих ряд.
В них обратится люд — и будет свят,
Взрастая в тех словах, что звёзд напев
К ним принесёт. Из ночи в свет
Ты выйдешь, милое дитя Любви,
Затем, дабы познать в лучах зари
Движенье жизни, что своей рукой
Всю землю пробуждает. И в родной
Ковчег, сияющий в лучах зари,
Взойдёшь ты светом, что в твоей глуби
Родится. О прекрасное дитя!
Ты станешь солнцем, свет Творца неся
В сердечке трепетном, взрастая в нём душой
И открывая полноту святой
Премудрости, что жизни имена
Вложила в жизнь великого дитя.
Ты, дочка царская, стоишь перед Творцом,
Что поведёт дитя в родимый дом.
И волею Творца в сей чудный день
Ты принимаешь благодати сень —
Святой покров, что жизнию святой
Был соткан для тебя, малыш родной», —
Так рёк с небес Господних чистый глас.
Се был для дочки бытия наказ,
В котором дано ей взрасти душой
Затем, дабы войти в ковчег родной,
Что золотом сияет в небесах.
В ковчеге том она познает страх
Господень, что Премудростью Творца
Вольётся в сердце чистого дитя.
Вот первый дар из рук волхва любви,
Что служит правдой Господу в тиши
Восточных гор, в Его садах благих,
Где зреют гроздья спелые златых
Плодов, несущих светоч внутрь себя, —
Сок вечной жизни. Дар сей для дитя
Стал первой путеводною звездой,
Что поведёт младенца в путь святой.

И вот перед дитя пришёл второй
Волхв, чья глава премудрой сединой
Украшена. Он много в мире жил,
Семью великую он в мире возрастил.
Он наполнял её всем благом, что земля
Ему дарила, из глубин неся
Свои богатства, свет камней живых.
Сей волхв возрос в сиянии златых
Потоков, что струились из глубин
Земли, которая открылась перед ним.
И вот всё, что обрёл он в сём пути, —
Перед младенцем, в колыбель любви
Приносит мудрый волхв. Склонив главу,
Он произносит тихо речь свою:

«О милое дитя, что в день святой
Нас посетило! О родник живой,
К которому придёт народ земли
Затем, дабы наполнить все миры,
Все страны, все потоки чистотой
Живой воды журчащей и святой!
Ты есть родник благословенных вод;
К тебе придёт святой земли народ,
И ты его напоишь чистотой,
Влив в души, как в сосуды, свет благой.
И возгорятся на земле большой
Светильники надежды, что в родной
Мир Отчий поведут детей земли,
Им открывая полноту любви.
Ты станешь чудным светочем — звездой,
Что указует душам путь в родной
Ковчег завета. Чрез тебя они
Познают таинство крещения, ведь ты
Откроешься купелью чистоты,
В которую вольётся свет земли
Затем, чтоб стать в ней светом всех светов.
И из купели той не плач рабов
Взметнётся, но живой глагол любви,
Что вынесут из уст сыны твои.
Ты станешь светлой Матерью Любви,
Дитя Творца, взрастёшь в Богиню красоты.
Ты станешь созидать мир вечный свой
По образу Премудрости Святой,
Что и тебя создала, свет-дитя.
Дочурка милая! — так нарекла тебя
Сама София, став перед тобой
Родною Мамой. Свой покров златой
Она тебе дарует, дабы ты
Взросла в покрове Маминой тиши.
И в этот светлый день к тебе и я
Несу свой дар, о милое дитя.
Мне суждено отдать тебе свой свет,
Что взрос во мне как плод великих лет,
Которые провёл я на земле.
Сей свет живёт во мне, в моей душе.
И ты, его приняв, сумеешь свет
Земной красы взрастить. В златой рассвет
Ты им войдёшь, и станет он тогда
Живым и вечным светом бытия.
Я земли все открыл, всю глубину,
Познал я гор великих красоту,
Но то, что я обрёл в пути земном,
Не стало вечностью во мне, и в Отчий дом
Я не взошёл. Я не познал тот путь,
Что мне откроет тайны Божьей суть.
Я землю лишь познал, но небеса
Я не открыл в ней, и мои глаза
Слепы пред Господом. Я только раб Его.
Но жаждет жизнь моя — то естество,
Что возросло к дню этому во мне, —
Открыть путь светлый; и на радужном крыле
Взлететь душа желает в высь небес,
Прорвавшись через толщу всех завес,
Что отделяют мир земли от той
Страны, что наполняет вечности покой.
Я подошёл к границе двух миров,
Познать я жажду тайну тех основ,
На коих зиждется всё бытиё Творца.
Свет взросшего до полноты венца
Я приношу к тебе, моё дитя, —
Прими сей дар всем сердцем. Дар Царя
Дано тебе принять, малыш родной,
И возрастить сей дар в родник живой,
Чтоб всё то злато, что несу к тебе,
Преобразилось. И в святой реке,
Текущей в берегах Отца Любви,
Оно, как капли светлые, в глуби
Светилось. Как желаю я, дитя,
Познать ту тайну, что вместил в себя
Поток живого злата! Как хочу
Узреть я Слова вечного красу,
Чтоб узревать в нём лик сердечный свой!
Как я хочу, дабы в земле родной
Расцвел прекрасный сад святой любви!
Я так желаю, чтоб труды мои
Не потерялись в темноте веков,
Чтоб не попрал их ворог, и оков
Тугую цепь не наложил злодей
На тело света, что в груди моей
Взросло! Как жажду я узреть,
Чтоб свет, во мне живущий, смог взлететь
Голубкой белой, что в своих крылах
Несёт жизнь веры! Так узрей в дарах,
Что ныне я несу к тебе, мой свет,
Великий путь, через который брег
Страны Господней станет ближе для тебя,
Любви пресветлой чистое дитя!»

И из руки волхва берёт отец
Дары святые, что в златой венец
Соединились полнотой своей.
Он к дочери идёт и перед ней
Кладёт дары святые, что должны
Дитя святое к свету повести.
И девочка-младенец, чьи глаза
Сияют звёздами, берёт из рук отца
Великие дары — и в тот же миг
Зал осветился, и священных книг
Раскрылись письмена. О свет небес! —
Из них потоком льётся жизни весть.
Внимайте все народы, земли все!
К вам глас живой сошёл, дабы в земле
Расцвёл сад благодати, сад небес.
Светилом в нём горит, огнём венец,
Что был сотворен в бытие земли
От дней Адама до последних дней любви,
В которые откроется Отец —
Вселенной Божией Премудрый наш Творец!
Лишь в имени великого дитя,
Что посетило землю, — та стезя,
Которая соединит предел земли
С простором Божьей вечной красоты.
Венец земли да воссияет в той,
Что встала пред земною полнотой
И вынесла из сердца свет конца,
Открывшегося в красоте венца,
Что силою Творца рождён затем,
Дабы оставил землю прах и тлен,
Чтоб в чистоте его земля Творца
Своё святое имя обрела.

И третий волхв стоит перед дитя,
К ней принося свои дары, любя
Святое чистое дитя как дочь свою.
Он вод морских святую глубину
Принёс перед младенцем в этот день.
Прошёл сей муж через земную тень,
Что древо мудрости земле своей даёт.
Познал он и пустыни хладной лёд;
Он окунулся в море, дабы там
Найти жемчужину, что в светлый Божий храм,
Как светоч, приведёт его, чтоб он
Служил в нём Господу. Оставил дом
Земной сей муж затем, чтоб обрести
Обитель вечности и Божией красы.
Но, по земле блуждая, не нашёл
Он уголка, где б светлый Отчий дом
Построен был. Искал его сей муж
В пустыне и в земле, где сонмы душ
Живут в блаженствах, в радости земли.
Не мог он уголок любви найти
Нигде: ни в шумных городах, ни там,
Где выстроен людской огромный храм.
И в глубину морей тогда сошёл
Сей муж, где под покровом раковин нашёл
Жемчужину прекрасную — огонь,
Горящий ясным пламенем. И боль
Пронзила сердце путника тогда:
Он вспомнил все тяжёлые года,
Когда блуждал по высохшей земле,
Неся в глубинах тайных свет в себе;
Он вспомнил, как искал заветный свет,
Что сможет указать небесный брег,
Где храм живой стоит, хвалу неся
Всевышнему за то, что Он любя
Открыл перед творением Своим
Прекрасный путь; он вспомнил, как чужим
Питался хлебом, пил вино злобы,
Входил в поток нечестия, хулы,
Как принимал гонения и боль,
Как он не мог узреть в земле ту соль,
Что жизнию осталась бы в душе —
Остатком светлым, что несёт в себе
Спасение народам всей земли.
Он шёл в земле — и в ней одни враги
Встречали душу путника, и он
Был одинок, доколе тайный сон
Не обратился явью для него.
Узрел сей муж тот путь, что в бытиё
Благое поведёт его. Сей путь
Потоком золотистым, словно луч,
Из глубины жемчужины живой
Струился светом. «Вот тот свет благой,
Которым я взойду в великий день,
И древа мудрости живительная сень
Меня напоит влагою своей!
В ней я вздохну всей грудью, ибо в ней
Стоит великий храм любви святой,
В котором должно жить мне, чтоб златой
Звездою стать, сияя в небесах.»

Тот вечный свет, что он обрёл в очах,
В сей день принёс служитель волхв к дитя Любви.
Сим чудным светом к солнцу в небеси
Поднимется великое дитя,
Став жемчугом, горящим светом дня.
«Жемчужину любви прими, дитя,
Да будет озарять она тебя,
Рождая откровения в глуби
Ко свету обратившейся души!
Ты встала в путь благого бытия,
Дочурка света, и твоя стезя
Да приведёт тебя к Творцу Любви,
Что мудростью великою миры,
Вселенные создал, наполнив их
Словами жизни, дабы вечный зрелый стих
В них прозвучал, и тем смогла душа
Прославить жизнь Великого Творца.
Ты есть жемчужина святой любви,
Взросла ты в лоне мудрой тишины.
София наполняла чистотой
Сосуд твой, чтоб Божественной рукой
Он смог преобразиться. И пришла
Великая эпоха — та пора,
В которой ты откроешься как свет
Божественной жемчужины. Рассвет
Авроры чистой ты откроешь для людей.
Прозреют очи, и в глуби морей
Узрят все души свет жемчужины живой,
Что им дарует благость и покой.
В тебе соединятся все они
И обретут единый путь любви:
Все стези нитями сплетутся в естество —
И родится в день светлый полотно,
В котором начертает Сам Господь
Слова живые, и святая кровь
Творца вольётся в глубину сердец.
И примет их тогда Любви Отец
В чертог покоя, славы и любви,
В котором возрастут Его сыны
В светила правды в образе Отца,
Открыв в себе дыхание Творца.»

Вот подаёт младенцу волхв святой
Свой дар — жемчужину святую, чей златой
Прекрасный лик сияет чистотой.
В неё дитя взглянуло — мир благой
Открылся перед взором: небеса,
Поля и реки, горы и леса.
Наполненные водами любви
Потоки орошают те миры,
Что жизнью славят бытиё Творца.
Какая чудная великая краса
Открылась перед девочкой! «Мой Бог!
Благодарю Тебя за то, что Слов
Своих мне даровал узреть красу!
Благодарю Тебя, Творец, благодарю
За то, что в день рожденья на земле
Ты путь открыл, ведущий к синеве
Божественной земли! И я взрасту
В Тебе, мой Бог, я светом воспарю
В простор небесной мудрости Твоей!
Я в ней взращу достойных сыновей,
Что будут светом жить в Тебе, мой Бог,
Отец, в меня приведший Свой народ!»
Так в глубине своей рекло дитя;
Никто не слышал голоса ея,
Ведь в тайне ото всех она рекла
К Софии — Матери своей — и в лик Творца
Направив свой прекрасный светлый лик.
Се был неповторимый, чудный миг,
В который вечность Божия вошла в дитя,
Связав незримой нитью небеса
С землёю для того, чтоб нить сия
Взросла в путь жизни; и тогда дитя
Вернётся в мир любви как свет живой,
Что взрос в Богиню чистоты святой.

Проходят дни и месяцы летят.
Вот год уж минул — Царь безмерно рад
Тому, что дочка светлая в тиши
Великого дворца растёт в любви.
Как светятся отцовские глаза,
Когда взирает он на свет-дитя!
И матушка дочурки, что растёт
В дворце великом, глаз не отведёт
От милого ребёнка. «Боже мой!
Как лик дитя прекрасен! Он звездой
Святой, что в небеси горит в ночи,
Сияет, только стоит подойти
К малышке чудной. Как отрадно мне
Взирать на игры детские! Ведь все
Забавы дочки так чисты, что я,
Взирая на игру, как млад-дитя
Сама вмиг становлюсь. И тяжесть лет,
Давивших на меня, уходит; свет
Младенца принимаю в жизнь свою —
И светом чудным в небеса лечу
Я птицей, что расправила крыла
Свои широко. Господу хвала
За то, что Он мне даровал сей свет —
Дочурку малую! И выше счастья нет,
Чем быть при ней, взрастать подле неё.
Что жизнь моя была? Всё бытиё
Я проводила в плаче; слёз поток
Струился из очей: никто не мог
Утешить сердца страждущей души.
Господь сошёл ко мне в святой тиши
Завета вечного. Он жизнь мне даровал:
Услышала я стих, что зазвучал
В глубинах сердца, в душеньке моей.
Сей стих мелодией в простор полей
Смог устремиться. Птицей чудо-дня
Предстала пред Творцом душа моя.»

Ласкает девочку свою и бережёт
Царица добрая, а вместе с ней народ
Страны великой свет-дитя хранит.
В сей край враг не войдёт, не залетит
В его просторы стая воронья,
Ведь стража зоркая хранит врата всегда
От неприятеля. И если рать врагов
Возжаждет в град войти и тьму оков
Своих внести в мир святости благой,
Восстанет стража верная и свой
Оплот поставит пред врагом лихим.
Не будет радости ему, не станет с ним
Делить хлеб-соль наш страж, но защитит
Он верою живою дочь и щит
Поднимет свой высоко над главой,
И засияет тот звездой златой.
Когда же хитростью задумает войти
В град неприятель, то Царя мечи
Из стали крепкой, что испытана в огне,
Закалена в горниле, против всех
Противников поднимутся — и тать
От града удалёна будет. Рать
Великой силы царской охранит
Дитя святое. Воинству светит
Во все мгновения одна звезда —
Живая вера, что в груди Царя
Живёт. И верой славною растёт
Рать царская, ведь верою живёт
В победу светлую сам Царь. Он ежий миг
К горе священной обращает стих
Своих молитв. Он молится о том,
Чтоб небо охранило царский дом
От всех напастей, от лихой нужды,
От немощи, болезни, от вражды.
И чистая молитва, как сосуд,
Наполнится потоками: текут
Они рекой златою из глубин
Дворца Премудрости. Всегда наш Царь храним
Её любовью светлой, ведь Она
В сердечке царском, как звезда, всегда
Живёт. Он ежий миг лишь к Ней
Приносит взор молящихся очей;
Он страждет перед Нею и в тиши
Поёт молитву алчущей души.
Он радость к Ней несёт, когда в пути
Душа пройдёт чрез тьму, и все шаги
Её откроются цветами чистоты.
Он благодарен Ей, ведь жар любви
Премудрости Великой охранит
Царя во все мгновенья. И дарит
Тому, кто сердцем обратился к Ней —
К Премудрости — Свой дар святых полей
Великая Художница Творца,
Свет льющая из полноты венца.
Она, как любящая мать, всегда
Незримо пребывает близ дитя.
Своим крылом нежнейшим оботрёт
Святое личико, когда слеза сойдёт
Из детских глаз. Как любящая мать,
Премудрость будет вечно наставлять
Младенца чистого, ведя того в любовь.
Дарует свет Её дитяти кровь,
Что потечёт по телу горячо,
Потоком жизни обновляя бытиё
Дитяти малого. Она ночей не спит
Над колыбелью света, где хранит
Малюток нежных. Словно семена,
Они из лона изошли Ея
В день первый и дарованы земле —
Душе, что приняла их в глубине
Своей и принесла как милых чад,
Чтоб возросли они в прекрасный сад,
Поднявшийся из глубины земли
Ростками света, что взрастут в любви
Святой души, наполненной Творцом
Живою силой Материнства. В дом
Родной вольются дети бытия
На крыльях молодых, и злат-заря —
Денница чудная — их встретит, дабы все
Младенцы светлые нашли в родной стезе
Тот камень вечности, что станет для сердец
Основой мира, где Божественная весть
Да будет жить в единстве с мудростью Творца
Во свете ясноокого венца.

Как это чудно, что всегда с дитя
Есть верная наставница — заря,
Аврора милая, что свет души своей
К младенцу льёт! И через ночь лишь к ней
Стремится чадо малое, оно
Вбирает в жизнь природы естество.
Премудрость открывает пред дитя
Все таинства Свои; и, свет даря,
Струящийся из яснооких звёзд,
Она ведёт дитя через мороз
Земного века в жар любви святой,
В мир новый — во исток стези родной.

Премудрость девочку ведёт в Свой сад большой,
Украшенный цветами, где благой
Струится аромат, где хоровод
Небесных пчёлок совершает ход
Полёта лёгкого. Искусно так парят
Пчелинки малые, их золотой наряд
Сверкает в лучиках златого дня.
И в восхищеньи замерло дитя,
Узрев полёт чудесный. «Небеса!
Кто эти милые созданья, жажду я
Узнать?! Вы расскажите мне о них,
О том, что делают они и как в своих
Трудах взрастают! Ибо вижу: свет
Струится из трудов их, краше нет
В сии мгновенья для моей души,
Чем эти малые созданья. И в тиши
Покоя светлого несу я к вам вопрос:
Кто трудится в саду прекрасном, роз
Нектары собирая и неся
Их в домик свой?» — «О милое дитя!
То пчёлки малые — творения небес.
Они парят по небу, солнца песнь
Вбирая в жизнь свою; в его лучах
Они парят. И их не держит страх
Земли большой; ведь в небесах святых
Парят пчелинки светлые, и в них
Сокрыта радость солнца и жизнь дня.
Они ведь трудятся усердно, чтоб земля
Наполнилась потоком золотых
Ручьёв медовых — чистых и благих,
Несущих здравие для душ земли большой.
Пчелинки — малые, но огнь любви святой
Живёт в сердечках трепетных, всегда
Они в движеньи. Солнце в небеса
Восходит — тотчас же они в трудах
Священных пребывают. Вот закат
Уж красит небосвод в свои цвета —
Тогда пчелинки на покой, дабы с утра
Опять начать свой славный перелёт,
Трудясь во славу неба. Светлый род
Пчелинок малых трудится всегда
В единстве. Знает малая пчела
То, что одной ей в мире не прожить,
Мёд не собрать и соты не сложить.
Одна пчелинка — слабый мотылёк,
Её легко поймает в сети рок
И будет мучать в них, доколе та
Жизнь не отдаст ему. Когда ж семья
Пчелинок малых встанет пред врагом —
Враг повернёт, не станет светлый дом
Он разорять, ведь силою живой
Пчелинки скреплены в союз благой.
Они сильны все вместе, и всегда
Хранят пчелинок Божьи небеса.
Они благословляют их на труд
И избавляют от тяжёлых пут
Паучьей сети. Небеса всегда
Ведут пчелинок малых в те поля,
Что ароматом свежести полны
И источают жар родной земли.»

— «О небеса! Как радостно внимать
Мне светлой песне о пчелинках! Стать
Такой же, как пчелинки, я хочу;
Трудиться я желаю, ведь расту
Я тоже на земле своей родной.
Так жажду я нести ей дар святой!
Скажите, небеса святые, мне:
Смогу ли я прийти к своей звезде,
Что путь осветит мой и озарит
Сияньем жизни? Вдаль меня манит
Пчелинок стройный хоровод, и я
Желаю воспарить в те небеса,
Что радостью приветили дитя —
Малышку светлую. Скажите ж, небеса,
Когда смогу я в труд святой войти,
Когда родителям я послужу в тиши
Сердечка верного? Как должно приближать
Мне этот славный день? Как возрастать
Должно мне на пути своём, чтоб я
Смогла стать светлой дочкой бытия?»

И с небеси исходит глас живой:
«Дитя святое! Ты прими благой
Глагол Господень, дабы возрасти
Во свете жизни и в исток войти
Потоком зрелости, неся в себе плоды
Священной веры. Сотворить шаги,
Ведущие в небесный храм зари,
Должно тебе, дитя, и в мир любви
Вольёшься ты, когда великий труд
Ребёнка примешь. То священный груз
Есть для души твоей, Моё дитя.
Не тяготит он и не гнёт плеча
К земле, не устремляет он во прах
Тебя, Моя родная. В небесах
Был сотворён сей груз — то бремя дня,
Что должно пронести тебе, дитя.
Есть у тебя заветный крест златой,
Он искоркой сияет дорогой
В Моей сокровищнице, и в твоей груди
Свет этой искорки живёт. Она в пути
Твоём раскроется, Мой свет, когда
Ты вступишь в жизнь и светлые слова,
Начертанные в книге бытия,
Начнёшь читать. Святые образа
Предстанут пред тобой, и ты поймёшь,
Что Слово — живо, но худая ложь
Покрыть его желает пеленой,
Чтоб Слово в прах вошло своей главой
И не смогло бы боле наставлять
Земные души, ввысь их поднимать
На радужных крылах младой зари —
Авроры чудной. Жаждет ложь ввести
Земные души в чёрный свой полон;
И навевает мёртвой песни сон
Недобрый ветер на сердца людей.
Те забывают о красе полей,
О жизни и трудах родной земли,
Все помышления их так мелки,
Ничтожны и слабы; ведь во земном,
Во прахе пребывают души, в дом
Небесный не стремясь. Их бытие
Лишь в тлении проходит, и во все
Слова, живущие в подлунной, души те
Вливают свой напиток; лишь в злобе,
Во тьме вещественных начал живут они,
Неся от века бремена свои.
Они рабами свой проводят век,
Не помышляя о свободе. Человек,
Живущий в тлении, всегда как раб
Проводит бытие. Он сам не рад
Своим бесчисленным тяжёлым дням нужды
И жаждет избавленья от ночи,
От властии греха, что волю зла
Диктует душам. Но подняться в небеса
Они не могут: есть у них закон —
Ослушаться его как может сонм
Рабов земли? И слепотой идут
Рабы по кругу тёмному, ведут
Их по тропинкам во глухой ночи
Служители, что слепы и глухи.
Но должно в мире Божием заре
Открыться и на радужном крыле
Взлететь в простор небесной синевы,
Что станет светлым озером мечты
Всех душ. В сём озере они найдут
Купель, что их омоет, и войдут
Во свете чистоты они тогда
В свой путь. А там златистая звезда
Приветит их, согреет, охранит,
Наставит, в души все от света влив
Свой жар сердечный. И пойдут они
По узким стезям жизни, все шаги
Верша лишь верою живою. В новом дне
Они предстанут во святой красе
Пред лицем светлого Творца Любви.
То будет восхождение души,
Несущей множество в себе, — души Творца —
В мир Божьей благодати, в жизнь дворца
Премудрости. И ты, Моё дитя,
Сей путь пройдёшь, когда твоя заря
Откроется Богиней чистоты
И воссияет в небесах мечты.
В плаще, что соткан нитями любви
Из цвета девицы прекрасной — злат-зари —
Войдёшь ты, дочка милая Моя,
В простор небес, в груди своей неся
Плод вечности, что искоркой любви
Зажжётся. Станет Словом чистоты
И мудрости благой та искра дня.
Ты Матерью откроешься, и вся
Земля придёт к тебе и свой поклон
Да принесёт к душе, что в Отчий дом
Взошла трудами веры, мир творя
Надеждой светлою. Моё дитя!
Сейчас ты так мала; но ты растёшь,
Как цветик полевой, дождь светлый пьёшь,
Струящийся с небесной высоты,
И принимаешь золоты лучи
Светила славного. Ты мудростью растёшь,
В источниках купаешься и ждёшь,
Когда ж наступит день великий твой.
И ангелы приносят глас живой
К тебе: из уст их льётся песнь любви.
Так возрастает хор святой земли
В твоей душе. В сём хоре есть Творец,
Создавший бытие; есть тот венец,
Во свет которого должно войти тебе,
Ведя с собою души, что в земле
Твоей растут, питаясь от начал
Небесной благодати. Хор сей стал
Для сердца твоего семьёй родной.
Ведь в нём Отец и Матушка с тобой,
С дочуркой славы, совершают ход
Свой, устремляясь к свету дальних звёзд.
Ты, милая, несёшь в себе сей хор:
В тебе есть ангелы, что светлый разговор
Ведут с твоей душой, есть мир любви
Премудрости, есть братия твои,
Которых ты не знаешь в этот миг.
Но день настанет — и с высот благих
Прольётся к тебе глас любви живой,
Из братских уст струящийся рекой.
Ты жаждешь, дочка милая, расти
В трудах своих, стремишься ты шаги
Вершить усердием и ревностью благой. —
И Я благословляю хор святой
Ребёнка светлого: расти, Моё дитя,
Послушно будь отцу и, мать любя,
Взрастай подле неё. Ведь всё принять
От матушки должно тебе, чтоб стать
Великой полнотой святой любви —
Свет-Матерью Божественной земли».

«О небеса! О славный мой Господь!
Потоки светлые волнуют мою кровь,
И сердынько трепещет, когда я
Слова небес узрела. Светом дня
Явились вы ко мне, любви слова,
Благие вестники, несущие всегда
Вовнутрь себя потоки чистоты.
Взрастать я стану в вас, чтоб из земли
Подняться ввысь младым ростком зари;
Послушна буду я речам Твоим,
Господь мой славный. И уста мои
Наполнишь Ты, чтоб песнь святой души
По всей земле потоком протекла
И души светлые в теченье приняла
Своё затем, чтоб вечным хором дня
Взошла в исток Премудрости Семья,
Живущая в глубинах сердца той,
Что стала золотистою звездой
Для множества Творца. О мой Господь!
Благослови мой путь — и будет новь
Тем светлым даром для Тебя, мой Бог,
Что принесу я! Святости основ
Я не нарушу, буду их хранить
Во все дни жизни и Тебя хвалить
Делами правыми, что верою живой
Свершит младенец духа чистый Твой!» —
Рекла сии слова дочь свет-зари
И во дворец родной свои шаги
Свершила. Под покров отца опять
Она вошла; и нежностью питать
Мать вновь дочурку стала, свет души
Своей даруя ей. И с небеси
Мать и отца питает глас живой.
Что не возжаждут обрести они — благой
Светильник истины дарует им тотчас:
Льёт он с небес любви священный глас.
Младенцу хочется войти во труд благой
И вместе с матерью исшить покров златой.
Смутится мать сперва: «Как можно, дочь,
В сей малый возраст шить тебе?» — И ночь
Покроет голову Царицы в тот же миг,
Затянут тучи чёрные весь лик.
В смущение войдёт она, но дочь
Молитвою прогонит злую ночь.
Она так тихо взглянет в лик небес
И вынесет из сердца детску песнь:
«О небеса! Я жажду в труд войти,
Благословите же меня — шаги
Тогда свершу я волею Творца!»
И свет заполнит горницы дворца,
Коснётся он чела Царицы. Мать
Поднимет свои очи, что сиять
Вновь будут звёздочками светлыми в тиши:
«Что ж, доченька, коль хочется идти
Тебе в труд светлый, я с тобой пойду,
Младенца чистого трудам я научу.
Уж если жаждет сердынько твоё
Войти в мой труд, так значит бытиё
Тебя влечёт к сему труду; и я
Последовать желанию должна.
И не оставят небеса в пути
Меня одну, когда глаза свои
Я обращу в простор их и мольбой
Наполню синь небес». — Так в труд благой
Тихонько вводит мать младенца-дочь;
И отступает от неё та ночь,
Что жаждала в смущение ввести
Царицу-мать. «Ты, доченька, расти
Усердно рядом с матушкой своей.
Пойдём с тобою мы в простор полей,
Я покажу тебе златой родник,
Что бьёт из-под земли; и в светлый миг
Общения с водицей золотой
Ты обретёшь блаженство, что собой
Наполнит грудь растущую твою.»

И мать ведёт дочурку в тайну ту,
Что внутрь себя несёт святой родник —
Се есть блаженства и отрады миг.
Дитя, узрев воды святой поток,
Услышав нежное журчанье, как росток,
Склонилась пред водицей чистоты,
Промолвив тихо: «Ты журчи, журчи,
Ручей мой славный, нежный и златой,
Беги по камушкам и напои собой
Всю душеньку мою, что в день любви
Открылась пред тобой цветком зари!»
И зажурчал сильнее наш родник,
Излился из глубин прекрасный стих.
Царица замерла, ведь никогда
Напева чудного не слышала она
Как в этот миг. «Что это?» — молвит Царь
В дворце своём и устремляет вдаль
Глаза. Он обратился в слух, и свет
Мелодии Божественной рассвет
Ему напомнил. «Что это?» — встаёт
Наш Царь с престола и в поля идёт,
Где бьёт из глубины святой земли
Родник златой. Царь видит, как в тиши
Дерев могучих, в сени молодой,
Его дочурка — огонёк златой —
Играет с родничком; и он свои
Дарует песни ей, напев любви
Неся из уст. И девочка в лучах
Святого родника, в жизнь облачась,
Танцует на просторе средь полей.
И над главой её свет-соловей
Парит, из уст неся святой напев.
Природа замерла, лишь нежный свет
Мелодии Божественной с высот
Лиётся к девочке потоком вешних вод.

И подрастает под дождём небес
Дочурка благодати; жизни весть
Она вбирает в глубь свою — и мир
Живым становится пред ней. Он пир
Готовит для дитяти чистоты,
В него дитя войдёт; в руках нести
Младенец будет скипетр, что сам Царь
Наследнику дарует. Встретит даль
Премудрости Божественной дитя,
Приимет дочь всё царствие Царя;
И к ней придут, чтоб принести поклон
Все слуги верные; и тварей добрых сонм
К ней принесёт своей любви дары.
Поёт родник златой о том в тиши
И песнею своей дитя поит,
Что в танце светлом в небесах парит.

Так жизни путь пройдёт сие дитя,
Танцуя в небесах. И птицей дня
Взлетит ребёнок мудрости живой
В простор обетованный, в мир святой:
Ведь танец есть движение души
К истоку вечности. И речкой чистоты,
Которая свершает дивный ход
В пределах времени, взойдёт в исток народ,
Живущий в мире царственной души.
Дочурка станет солнышком любви;
К ней притекут вселенные Творца,
В ней обретут покой миры Отца.
Она, как мать, их примет в глубь себя,
Окормит их; всегда любви слеза
Хрустальная хранить, беречь во тьме
Младенцев будет. На своём крыле
Поднимет мать детей родных в тот край,
Что в ней откроется как незабвенный рай,
И к древу жизни мудрости святой
Придут все души жизнью в день седьмой.

Дитя любви, златистый ручеёк!
Всю землю наполняет твой поток,
Ты в светлый день пробился из земли,
Возрос в прекрасной молодой сени
Дерев, что славят жизнию своей
Природу чудную. Они приносят к ней
Плоды дней бытия, чтоб славу дня
Воспеть устами жизни. О дитя!
Ты внутрь себя вместила полноту
Земли родимой, неба синеву,
Журчанье яснооких быстрых вод,
Все песни, что несёт святой народ
Земли великой во сердцах своих.
Дитя любви! Ты — благодатный стих
Для родины своей; и будешь ты
Звездой сиять на небесах любви,
Которые наполнил Сам Творец —
Премудрости Родитель и Отец —
Своею волей, чистое дитя
Благословив на путь. Ты, дочь Царя,
Журчишь хрустальной влагою души
В земле родной; и пред тобой в тиши
Склонились травы все и все цветы,
Все дерева во слух обращены,
А птицы чудные притихли в вышине:
Твоей мелодии внимают и в душе
Поют тебе хвалу, о свет-дитя,
Ручей, текущий в радость бытия.
Тебя Я воспеваю: ты — любовь,
Дарует твоё сердце чисту кровь
Всем душенькам земли. И небеса
Глядят с восторгом на своё дитя:
Как ты идёшь, дочурка чистоты,
Что воспеваешь, в чём твои мечты.
На всё взирают небеса Отца,
Открывшегося в силушке Творца
Перед тобой, любви святой дитя.
Пройди свой путь и до высот Царя,
Что в день любви открылся пред тобой
Родителем блаженства; путь благой
Ты сотвори. Теки в земле родной,
Дочурка, ручейком и глас живой
Неси из уст приветных к душам всем,
Чтоб те оставили покров, забыли тлен.
Ты призвана взрасти в прекрасный цвет,
Вместит в себя он благодати весть,
И огоньком родившейся зари
Осветит землю и войдёт в миры
Вселенной чудной в силе новизны,
Неся во сердце Мать Святой Любви.
Благословят тебя все небеса
На этот путь, любви живой дитя.

Я далее продолжу Свой рассказ,
Ведь дочери любви дано наказ
Отца и Матушки исполнить, путь пройдя
По стезям жизни. Мне ж должно свет дня
Ребёнка чудного вам, дети, показать,
И должно Мне любовью рассказать
О том, как душенька небес растёт
В своей земле, питается, цветёт.
Ведь вы есть души Божиих небес:
Благословил на жизнь вас Свет-Отец,
К Которому подниметесь в любви
Вы, дети милые, неся в груди плоды,
Возросшие в дыханьи Моих уст.
Я Слово к вам несу, чтоб тленья груз
Снять с плеч могли младенцы чистоты,
Омывшиеся в золоте зари.

Итак, Мой чудный ручеёк небес —
Дочурка благодати — жизни песнь
В своём сердечке понесла к земле.
Она танцует — и творенья все
Пред нею замирают: все глядят
На то, как дочь танцует; всякий рад
Взирать на танец ручейка любви,
Текущего в красе родной земли.
Струится он — и цветики полей
К нему склоняют головы, светлей
Тотчас становятся и ручейку несут
Ответный глас. Так в естестве живут
Все души: принимая глас любви,
Они стремятся возрастить плоды,
Достойные речения сего,
И обновляют путь, что в бытиё
Течёт рекой великой, огневой,
Горящей златом в дне, порой ночной.
Душа приимет дар святой к себе
И возрастит его, наполнив всем
Блаженством, что живёт в её груди, —
Дыханьем жизни. Все её труды
Наполнены движеньем к свету дня;
И, благодарностью святой живя,
Душа творит свой мир, неся дары
К Подателю Божественной любви.

Так и цветы полей несут свой дар
К ручью небес, ведь благодатный жар
Раскрывшегося сердца ручеёк
Дарует им. Один святой венок
Сплетётся из цветов живых лугов —
Так мысль плетётся из прекрасных слов,
Они — что луг, все вместе так светлы,
Одно к другому тянется в любви.
Одно желает возрастать с другим
В единстве светлом, дабы жизни гимн
Пропеть устами общими Тому,
Кто даровал им власть и жизнь Свою.
Благоуханием сердец несут поклон
Цветы благие к ручейку: ведь он
Стал для цветов источником воды,
Текущей в жизнь благую. Посмотри,
Душа Моя, как расцвели цветы,
Как венчики раскрылись, как они
Зарделись, словно девицы весной
Под солнцем яснооким! Боже Мой!
Благоухает жизнию весь луг —
Дитя обходит мир свой; нежный слух
Девчушка обратила ко цветам,
Внимает их напевам — тут и там
Они несутся. Девочка ж растёт
В потоках песен: словно дождик, льёт
В её поток великолепный луг
Святых надежд, мечтаний; дивный звук
В сердечке детском розою цветёт —
Дитя любви через сие придёт
В единства храм. Ведь множество цветов
Мелодиями жизни в свет основ
Её вольются, и основы те
Скрижалью вечности откроются в душе.

Тихонько ручеёк златой воды,
Души девичьей, ко цветку мечты,
К ромашке белолицей, подошёл —
И в ней покой неведомый обрёл
Поток души. Ромашка не спеша
Поёт о том, как бедная душа
Бредёт по высохшей земле во мгле,
Ища заветный берег в темноте.
Поёт цветок о том, как через ночь
Скиталица идёт; никто помочь
Не может ей, она всегда одна.
Лишь только подойдёт её стезя
К жилищу мужа сильного, и он
Из дома выйдет, ей неся поклон
Своей любви, как тотчас же она
Лишается покоя; не до сна
Уж ей, страдалице, ведь с мужем с дня сего
Живёт душа. Но просит естество
Её неведомой незримой высоты.
Она стремится к ней — и все мечты
Навстречу небу обратив, живёт
Душа в земле чужой. Как долго ждёт
Она своей любви! А муж её
Оковы налагает, бытиё
Души в себе стремится удержать;
Дарует семя ей, чтоб чад рождать
Она могла для радости его.
Но дитятко родит душа — и всё,
Живущее в том муже, в тот же час
В прах обратится; и уже не рад
Вошедший в смерть, что называл женой
Своей чужую. Снова в путь большой
Душа пускается, идя чрез тесноту,
Проходит через земли, через всю
Вселенную, меняя в ней мужей,
Которые встают в красе пред ней;
Кичатся, горделивы и строги.
А день придёт — и где мужи сии?
Растаяли следы их, память дня
В себе не держит то, что власть царя
Державы тленной любит. В забытьи
Мужи те пребывают, для души
Они не более, чем миг. Промчался он —
Остался от него лишь тяжкий стон.
В чём суть его? — В тех детях, что росли
В душе от тления. Ведь семена свои
Влагали все мужья земли большой
В свет-лоно душеньки, и та порой ночной
Носила их в себе. Затем на свет
Детей рождала; ей казалось: нет
Прекраснее и чище, чем они,
Возросшие в красу своей земли.
Но новый день приходит — смотрит мать,
Как дети малы. Где ж та благодать,
О коей чаяла она в мечтах,
Где свет её детей? Один лишь прах
Их наполняет, как и тех мужей,
Что ей встречались. Горько, больно ей!
Как бросить их, убогих и слепых,
Оставить как ей немощных, больных?
И в путь ведь не пойдёшь, неся с собой
Такие грузы! Ах ты, Боже мой!
Что делать бедной душеньке Твоей,
Как ей найти себя среди ночей,
Наполненных слезами? О Господь!
Ты не оставь её, она ведь дочь
Премудрости Твоей и свет-дитя
Ещё родит во славу нова дня.
Слезинка золотистым огоньком
Наполнит очи бедные, и в дом
Небесный приоткроется пред ней
Стезя благая. «Ты войди скорей,
Душа Моя, в свой несказанный свет,
Омойся влагой жизни, чтоб рассвет
Рекой разлился в сердце. О душа!
К тебе взываю Я», — так небеса
Даруют глас приветный в тишине.
Тот глас — ответ страдалице-душе,
Молитвы суть познавшей, чрез неё
Открывшей путь в благое бытиё.

Поёт ромашка светлая в лугах,
Неся песнь жизни к той, что через страх
Пройдёт и светом воспарит в простор
Омытых златом солнца древних гор.
Дитя взирает на цветок, и песнь
Ответная исходит; ибо весть,
Живущую в злат-сердцевине дня
Цветка ромашки, милое дитя
Услышало и сердыньком своим
Всем потянулось ко словам родным.

— Ромашка, золотой ты мой цветок!
Ты — душенька любви, и твой росток
Поднялся из глухой земли на свет
Драгого солнца, дабы злат-рассвет
Смогла ты встретить солнышком любви.
Я вижу, ты прошла чрез темноты
Глухой заслон; ты прожила во мгле
Земного века; в сумрачной земле
Свой груз несла душа твоя. Сейчас
Ты в свет пришла — я рада видеть вас,
Ромашки чудные! Как много вас в лугах
Цветёт и радует мой просветлённый глаз!
Вы белизной, что с златом солнца дня
Соединилась, нежите дитя,
Вступившее в путь новый, что с земли
Меня поднимет. Милая! Скажи
Ещё о том мне, как душа твоя
Из ночи вышла, сердцевину дня
Святого обретя в венце красы.
Я буду же внимать словам любви
И жизни, что даруешь ты, мой свет,
Ведь для меня милее в жизни нет,
Чем слушать речи добрые. Они
Питают сердынько в моей груди.

— О дитятко святое! Что сказать
Ещё ромашка может? Ведь стоять
Мне суждено пред Девой красоты,
Перед Авророй чудной. Все миры
Живут вовнутрь тебя, мой чудный свет.
Я ж так мала, и в сердце силы нет
Подобной той, что ты в себе несёшь.

— Ромашка! Ты чудесно так поёшь
И не смущайся малости своей:
Ты — жизнии цветок, краса полей.
А это значит — мы с тобой равны.
Что принесёшь ко мне — то я в ларцы
Взрастающего сердынька приму.
И в дар тебе, родная, принесу
То, что живёт во мне, чтоб ты росла
В общении со мной. Желаю я
Услышать песнь твою; она мила,
Ведь жизнью светлой вся напоена
Мелодия твоя, мой дивный цвет.

И говорит ромашка ей в ответ:
— О милое дитя! Ты — ангел мой,
Смутилась я перед твоей красой
И вышиной. Но ты, как Мать Любви,
Меня огладила, и слёзоньки мои
Отёрла. И уста мои тотчас
Песнь вынесут, чтоб разливался глас
Той жизни, кою даровал Творец
Своей ромашке. В белизны венец,
Несущий в сердцевине жар огня,
Я возросла, чтоб передать, дитя,
Тебе огонь разбуженной души,
Во свете взросшей в свет родной земли.
Когда душа во тьме живёт свой век,
Её терзает ворог, чёрный крест
Он налагает на неё. Душа
Рабе подобна: сира и бедна,
Свой век проводит средь утех земли.
Но в глубине её живёт в тиши
Сердечка нежного заветный огонёк —
Святая искра, что в святой поток
Должна взрастить вселенную души,
Познавшей самоё себя, шаги
Свершившей в откровенье бытия.
Та искорка ведёт в простор Царя —
Творца Благого — душеньку свою.
Чрез веси, чрез селенья, тесноту
Она её выводит верой в свет;
И здесь душа поёт, ведь столько лет
Она искала истину, чтоб с ней
Свершить движенье по стезе своей.
Она ночами не спала, а всё
Молилась, ожидая бытиё
Иное для себя. И вот пришла
Для душеньки заветная пора.
Она, движима искрой золотой,
Приблизилась к стезе, что в град родной
Её вела. Крещения стезя
В свои потоки душу приняла.
Вошла неторопливо в них душа,
Оставив рубище и скинув со плеча
Груз века тленного. Вздохнула грудью всей —
И песнь потоком на простор полей
Из уст души в мгновенье излилась.
То первый шаг, ведущий в благодать,
Свершённый светлою душой, когда она
Святое имя Материнства обрела.
Я рассказала тебе, милое дитя,
О том, как долго мучалась скорбя
Душа во тлении, как плакала в ночи,
Рождая сыновей своей скорби.
Теперь же для неё пришла пора
Родить Святого Сына, что в свет дня
Взрастёт, вобрав в сердечко жизнь луны,
Дыханье звёзд и песнь младой зари,
Что вестницей пред солнцем — славой дня —
Является. То вечности дитя,
И в нём душа покой свой обретёт,
Найдя чрез жизни путь тот вечный род,
В котором дочерью дано взрасти
Душе великой, светлые плоды
К Творцу родному верой принести,
Надеждой влившись в град святой любви.

Девчушка замерла от этих слов;
Её ласкает тихий ветерок,
Он гладит власа нежные её,
То их поднимет, то вдруг горячо
Их поцелует, то взметнёт ввысь прядь
Волос шелковых. «Век бы так стоять
Мне здесь с тобою рядом, цветик мой.
Ромашка! Принесла душе покой
Ты песнью чудной, как ждала его
Моя душа, как рвалось естество
Моё навстречу к тайным сим словам,
К твоим заветным неземным речам.
Благодарю тебя, цветок полей,
За то, что жизнь из золота очей
Ты вынесла, ромашка, к свет-дитя!
Благословят тебя все небеса,
Все силы светлые одарят, наградят
Тебя за милый дар. Пусть ввысь летят
Твои слова во все дни на земле,
Чтоб стала солнцем ты в злат-синеве!»

Слезинкою ответил наш цветок,
Слова сии услышав; на песок
Упала капелька его очей:
«О милое дитя! Я, цвет полей,
Благодарю Всевышнего Творца
За то, что Он привёл ко мне, любя,
Тебя, о светлоокий ангел мой!
Тебе я послужила, дар благой
Из сердца вынося. Он скромен так,
И недостойна я твоих наград.
Ведь даже этот скромный дар любви
Не мой, а Господа родной земли.
Он напоил меня живой водой
И возрастил росток во цвет святой.
Лишь в Нём все силы, что мои уста
Собою раскрывают, чтоб смогла
Я песнь нести из них, а посему
Я в день блаженства к небу песнь несу,
Благодаря Творца святой любви,
Благого Господа, что волей все миры
И страны наполняет. Мой поклон
Прими, Творец, что в благодатный дом
Открыл все двери, все врата, чтоб мы,
Земли великой душеньки, смогли
Взойти в простор безбрежный, в синь небес,
Где встретит как детей нас Свет-Отец».

По лугу в свет красавицы-зари
Бежит наш ручеёк — дитя любви,
Вбирая внутрь себя красу полей,
Расцветших в день блаженства. Перед ней
Вдруг появляется цветок небес святых,
Как неба капля — он: в очах живых
Цветка святого огонёк горит,
Он песнь привета девочке дарит.

— Святой ребёнок! Милое дитя!
Прими ту песнь, что лью к тебе, любя,
Я, незабудка. Так отрадно мне
Служить Пресветлой Деве в тишине
Полей бескрайних! Я, как цвет небес,
Тебе дарую ласковую песнь
О том, что в сердыньке моём живёт,
О том, что светлой кровию течёт
По всем составам цветика полей.
Внемли, дитя, сей песне, ибо в ней
Узришь ты край чудесный и в него
Всем сердцем обратишься, дабы всё
Вовнутрь сердечка твоего росло,
Питаясь светом нежным, и цвело
В тебе б святое древо чистоты,
Несущее на веточках плоды,
Которые созрели в золотых
Лучах светила правды для святых
Детей, что вслед за солнцем новизны
Пойдут, в исток верша свои шаги.
Есть у тебя святые небеса.
Ты вспомнишь край любви и, ввысь глаза
Подняв, узришь чудесный небосвод,
Что полнится теченьем вешних вод.
Услышишь ты тогда любови песнь,
Что ангелы святые будут несть
Дочурке света. Ты тогда поймёшь,
Что на земле свой век душой идёшь,
Верша шаги свои по стезям дня,
В них взращивая древо бытия.
То древо сложено из множества ветвей,
И каждая украшена своей
Звездой златою, что плодом любви
Горит в ветвях древесных. Все плоды
Сплетаются в единство — в плод живой,
Он — солнце, что восходит над землёй,
Принявшей с небеси из рук Отца
Злат-семя, что взрастёт вокруг венца.
Любви дитя святое! Ты — душа,
В земле растёшь, свершая не спеша
Свои шаги; в них открываешь ты
Своё святое имя, чтоб шаги
Сии вели тебя в простор небес.
Из дола ты душой взлетишь и весь
Мир обозришь, вместишь вовнутрь себя,
Чтоб жить в нём госпожой, дела творя
В согласии со Словом Божьих уст.
Вовнутрь себя несёшь ты тот союз,
Который заключил Творец с душой,
Из недра Отчего исшедшей в день благой.
Союз священный ты хранишь в душе,
В глубинах сокровенных, и в себе
Откроешь ты, дитя любви, сей дар
Творца Благого. Сладостный нектар
Ты вкусишь из Отцовских нежных рук
И вырвешься из темноты разлук.
Ведь ты с небес сошла к своей земле,
Неся в сердечке искру, дабы все
Творения и души той земли
Наполнились сияньем чистоты,
Что будет искра жизнии святой
Лить из себя. Ты в путь вошла большой
И стала познавать себя душой,
Но ведь нарёк тебя Отец родной
Своей дочуркой, и должно взрасти
Тебе во свет Отцовский, все шаги
Свершив любовью в откровенье дня.
Дано взрасти тебе во свет-дитя,
Что на крылах небесных в Отчий край
Поднимется, узрев заветный рай,
В который двери пред земной душой
Затворены мечом. Он жар святой
Несёт в себе. Тебе ж должно пройти
Чрез этот жар, неся в своей груди
Надежду с верой. И все двери в рай
Откроются пред Девой, в Отчий край
Ты вступишь, в нём познав себя душой
Творца Благого — звёздочкой златой,
Которой должно в небеси гореть,
Светить сияньем правды, а не тлеть,
Как делают то душеньки земли,
Влача во прахе жалком дни свои.
О, вспомни о родимых небесах,
Дитя любви! К тебе летит мой глас!
Услышь песнь света, что живёт во мне —
В цвет-незабудке. И к своей мечте
Пойдёшь ты легче, волею Творца
Движима будет светлая душа.
Закон природы Божьей ждёт тебя —
Войди ж в него, омывши в свете дня
Свои глаза. Они тогда прозрят,
И ты поймёшь всё то, что говорят
Святые небеса, неся свой глас
К родимым душам, мудрости наказ
Даруя им. И первой ты пойдёшь
По сей стезе и счастье обретёшь
В трудах, что совершит твоя душа
В купели покаянной, твердь верша
Из влаги Материнских чистых уст.
Да будет вечно славен тот союз,
Что в сердце детском трепетном живёт
И в Троицу Святую возрастёт,
В Которой трое — Отче, Мать Любви
И Светлое Дитя — взрастут в тиши
Живого Слова, храмом вечным став,
Тем самым жертву Господу отдав
Своею жизнью чистой и трудом,
Ведущим мир Творца в небесный дом!

— О незабудка, голубой цветок!
Ты — словно вод Божественных росток,
Поднявшийся в лугах святой красы.
Тебе внимаю я — и в глубь души
Слова уст нежных входят. Как сладки
Те речи, словно солнца голубки,
Они из уст твоих летят к душе,
Неся в себе привет! В родной земле
Взрастала я, не ведая о том,
Что есть у Девы малой светлый дом.
Родителей я знала лишь земных,
Питалась благодатию от них,
В них обретала свет и жизнь свою.
Но вот узнала я, что внутрь несу
Благое имя: я — душа небес!
Узнала я, что есть иной Отец
У сердца моего. Не тот, что дал
Мне тело внешнее, не тот, коий назвал
Меня своею дочкой, — есть Отец
Небесный у меня, и Матерь есть,
Которая мне даровала жизнь
В начале всех начал. И путь лежит
Мой к Ним — в чертог Родительской любви.
Как мне прийти в обитель, подскажи,
Цветок полей святых? Раз знаешь ты
О том, что есть во мне искра любви,
Так значит можешь знать ты и о том,
Как мне взойти в небесный светлый дом,
Как встретить мне Родителей своих,
Соединившись с ними в дорогих
Словах живых. О милый мой цветок!
Ещё одно волнует мой поток:
Когда я от земных своих начал
Уйду в мир новый, в коий завещал
Взойти Отец Небесный мне в любви,
Что будет с теми, кто свои мечты
Вложил в меня как в дочь свою? Мои
Родители земные далеки
В то время будут от меня иль нет?
Пойдут они со мною в новый свет
Иль на земле останутся свой век
Недолгий коротать? Их вспомню —
Снег сердечко покрывает, плачу я,
Едва узрю их, ведь они любя
Готовы всё отдать дитя любви.
Как брошу их я на своём пути?

— Не плачь, дитя небес, мой огонёк!
Но вслушайся в ту песнь, кою росток
Свет-незабудки льёт к тебе рекой,
Искрящейся в просторе. В путь большой
Вступила ты: с земли и до небес
Простёрся он; и что благого есть
В твоей земле, дано тебе принять
Вовнутрь себя, чтоб на пути взрастать
В жизнь полную и зрелую во всём.
Ты примешь в своё сердце всё, что дом
Родителей земных несёт; и свет
Отцовских кладовых, и тот завет,
Хранящийся во свитках древних лет,
Который даровал отцу твой дед.
Отец земной отдаст тебе, дитя,
Всё светлое, что внутрь себя хранят
Его ларцы. В них много таинств есть:
Каменья драгоценные, чей блеск
Слепит глаза скупого, кто живёт
Лишь алчностью и жадностью, кто ждёт
Одной лишь власти. Но едва придёт
К каменьям сим святой земли народ,
Прямой и честный, искренний во всём,
Как те каменья озаряют дом
Царя сияньем истины; народ
Взрастает в ней, мужается, цветёт,
Становится мудрее и сильней,
В руке он обретает меч мечей —
Огонь златой. Не может устоять
Пред ним дракон земли, ведь благодать
Несёт в себе оружие добра,
В руке святого правдою живя.
Отец дарует очень много той,
Что дочкой его стала, ведь в святой
Град мудрости лежит твой путь, дитя,
Наследница престола, дочь Царя.
Когда ж в себя вместишь ты град его,
И он войдёт собой во естество
Твоей души, тогда отца земли
Родной ты понесёшь в своей груди
Как жизнь, как злато всех веков и лет.
В тебе отец познает вечный свет;
Ты не расстанешься с любовию его;
В наследии отцовском бытиё
Твоё взрастёт и станет полнотой
Дитяти царского. И свет родной
Любимой матушки ты примешь внутрь себя,
Взрастишь его в сердечке как дитя
Своей надежды. Матерь ведь твоя
Наследство собирает для тебя,
Которое умножишь ты как дочь
Её надежд святых. Она чрез ночь
Идёт во злато утра и всегда
Живёт в пути молитвой, что глаза
Души питает влагою небес.
В прозреньи пребывает мать, и весть
Божественной Премудрости несёт
К ней ангел света. Мать твоя растёт
В Свет-Материнстве, дабы передать
Все таинства души той, что назвать
Должна её душой родной, в себя
Вместив во всей красе. Моё дитя!
Ты не расстанешься во свете с ней, всегда
Мать будет жить в сердечке малыша.
Она вслед за тобой, мой свет, пойдёт
В высоты горние, и сбросит с сердца лёд
Невежества душа, что в мать твою
Взрастала на земле. Ты в злат-зарю
Вольёшься жизнью — мать же и отец
С тобой пребудут, жизнии венец
Расширится и будет расцветать
Ещё сильнее, золотом сиять
Он станет в небесах твоей мечты.
Иди ж, дочурка неба, в те миры,
Что ввысь тебя влекут! Пусть страх земной
Тебя не остановит, ведь домой
Вершит шаги дочурка бытия,
Летящая надеждой в град Царя
Любви превечной, светлой и живой.
Благословит Родитель света твой
Путь жизни. О родимое дитя!
Твори себя, всегда храни любя
Заветы материнских чистых уст,
Отцовские слова! Ведь сей союз
Не плох, и он не мал, но всё добро
Своё тебе отдаст, и естество
Дочурки станет волею Творца
Жить в вечности в сиянии венца
Родителей Небесных. Жизнь любви
Наполнится плодами чистоты,
И в каждом взросшем на ветвях твоих
Светиле правды огонёк живых
Слов вечных будет жить во славу дня,
На радость Бога. В путь, любви дитя!
Иди смелее, не страшись того,
Что часто ночь подходит. Это всё
Лишь испытанья для тебя в пути:
Ты в них взрастаешь в крепости, шаги
Верша живою верой в то, что Бог —
Отец твой нежный, и родную дочь
Он не оставит, если только та
Верна да будет жизнии Отца.
В пути ты и познаешь милый край:
Откроется он в жизни; светлый рай
Душа узрит лишь во трудах святых,
А не в витийствах, что несут в своих
Устах лукавцы гордые. Так ждут
Лукавые того, что свет найдут
Они премудрости земной. И все
Свои усилья на родной земле
Лукавцы направляют лишь на то,
Чтоб накопить богатство, чтоб вино
Плескалось в их мехах, прельщая взор
Всех путников. И долгий разговор
Ведут сии слепые мудрецы
О том, что есть в природе, но свои
Шаги они вершат как те, чей ход
Отмечен безрассудством. В тьму ведёт,
В пределы преисподней путь таких
Лукавых душ, нечестных и слепых.
Тебе ж должно чрез жизнь пройти в любовь;
В пути сём обновится в сердце кровь,
Она потоком жизнии святой
В тебе да станет. Светлою порой
Ты и войдёшь во град мечты живой,
Где встретит тебя Бог — Владыка твой.

Дитя свершает далее шаги:
Что ждёт дочурку света впереди?
Её манит к себе злат-небосвод,
Наполненный теченьем светлых вод;
Её влечёт к себе прекрасный луг —
Ковёр любви небесной. Жизни звук
Ведёт дочурку малую к себе,
Чтоб та вошла в любовь, взрастив в душе
Цвет правды, что возрос в потоках вод,
Которые из сердца славный род
Земли великой вынес в дар к душе.
Внутрь сердца принимает дочка все
Красоты сей земли, что мать любви
Узрит в дитяти Божьей чистоты.

Встречает свет-дитя ещё цветок,
Что поднимает ввысь свой лепесток,
Неся из сердцевины светлу песнь.
В ней всё благое для дитяти есть.
Напев цветка услышит дочь Царя —
И увлажнятся в тот же миг ея
Глазёнки, что в небесну светлу высь
Поднимутся, узрев, что там зажглись
Звёзд мириады — золото Творца,
Ведущее всех душ во свет дворца
Владыки мирозданья, где Творец
Откроется для душ как жизнь. Отец
В лице Творца да примет внутрь себя
Всех душ, что, чрез мир земли пройдя,
Пришли к своим истокам неземным —
В обитель благодати. Вечно с Ним
Пребудут души в золоте дворца,
Их поведёт сияние венца,
Что на головки малых душ любви
Отец возложит, дабы вкруг Семьи
Те души возрастали в чистоте,
Храня в сердцах жизнь Слова. Смогут все
Вернуться души в свой родной исток —
И примет в радость сердца Светлый Бог
Создания Творца, что через жизнь
Детьми святыми стали, в неба высь
Поднявшись через терний хладный ряд.
Стоит пред малой дочкой цвет. Как рад
Цветок земли великой послужить
Дочурке благодати, дабы жить
В её сердечке — в точке бытия,
В начале, что несёт вовнутрь себя
Все соки Материнства — жизнь в любви,
Дарованной младенцам свет-земли!
Лилея перед девочкой стоит
И песнь надежды неземной дарит
Дочурке света, дабы та взросла
И стала лилией в тиши дворца:

«Приветствую тебя, душа моя —
Дочь света благодати! Я, любя
Творца земли и неба, послужу
Той Деве, что вобрала в глубину
Своих очей свет Слова, свет зари,
Которая питает во все дни
Творения Великого Творца,
Надеждой их ведя во храм Отца.
Я лилией расту недолгий век
Здесь на земле, и солнца нежный свет
Меня ласкает прелестью своей,
Чтоб лепестки прозрачней и белей
В лучах светила были. Я расту,
Вбирая в жизнь поток земли, и всю
Свою живую милую красу
Дарует мне земля. А я несу
Её вовнутрь себя. Так суждено
Мне послужить Творцу, чтоб естество
Земли великой в сердыньке моём
Да отразилось. Ибо в сердце том
Должно созреть светилу. Солнцем дня
То станет для земли; в него земля
Войдёт всем множеством своей души,
И примет то светило новизны
В себя землицу милую как мать,
Открывшую пред ним путь в благодать.
Я пред тобой сейчас стою, дитя,
Из сердцевины нежной песнь неся
Ко слуху твоему. Прими мой глас,
Дочурка чистоты, узрев наказ
В словах простых, лиющихся рекой!
Ведь не случайно встретилась со мной
Ты, милая дочурка, в этот час:
Господь привёл тебя ко мне, чтоб глас,
Дарованный Создателем Благим
Цветку полей, услышала ты, гимн
Воспев своею жизнию Тому,
Кто стал твоим Отцом. Я всю красу
Той жизни, что хранится внутрь меня,
Тебе дарую, — ты прими, дитя,
Дар лилии младой, дар чистоты,
И возрасти заветный плод мечты
Творца Благого в сердыньке своём.
И мы войдём с тобою в Божий дом:
Я — внутрь тебя, а ты — неся в глуби
Своей души цвет Божией любви.

Здесь на земле познаешь ты, дитя,
Что есть надежды Божией заря,
Которая ведёт детей из тьмы
В день солнца, в день Господней полноты.
Узнаешь ты, что значит жить в любви,
Растя своею жизнию плоды,
Достойные Творца благой земли.
Познаешь ты и то, как храм любви
Премудрость сотворяет для Себя,
Ведя все души нитию Царя
К Своим просторам — чудным и благим.
Войдёшь ты в этот храм — и жизни гимн
Во злате дорогом ты воспоёшь.
Ты, дочка, через многое пройдёшь:
Чрез тьму и свет, чрез испытаний ряд,
Чрез вражие заслоны, что хранят
Во тьме своей те души, что в пути
Оставили надежду и идти
Без дочери небесной не смогли.
Рабами стали души те в ночи,
Забыв про светлу цель, про день любви,
В который устремлял их Бог во дни
Земных скитаний по земле большой.
Мир полон испытаний, и с собой
Тебе должно всегда нести тот свет,
Что даровал Творец Любви. Ведь нет
Сильнее дара вышнего для душ,
Что путь свой совершают. Встретит глушь
Скиталицу в её пути — и свет,
Дарованный Творцом, из зла и бед
Поднимет душу малую в лучах
Своей любви. Она оставит страх,
Что цепью ноженьки души сковал
И в мире её чёрной бездной стал.
Без спутницы небесной не пройти
Душе по сей земле, и путь любви
Она не сможет жизнью сотворить,
Живя во страхе тёмном. Он томить
И мучать будет бедную во тьме,
Стремясь её ввести в законы те,
Что сотворил лукавый для себя —
Для власти злой, насилья. Он шипя
К душе змеёю чёрною ползёт
И песнь свою заводит, дабы ход
Остановила странница-душа,
Оставила завет Любви Отца
И встала на стезю, что в страшну ночь
Ведёт заблудших. Кто же им помочь
Сумеет в этом тягостном пути?
Освободит их кто от зла в ночи?
Кто выведет на светлой жизни путь,
Вольёт кто воздух в молодую грудь? —
Лишь тот заветный, благодатный свет,
Что даровал Творец душе, обет
Принявшей в первый день благой любви.
Он искоркой живёт в ея груди,
Он бьётся золотистым огоньком
Вовнутрь души, ведя её в тот дом,
Что сотворил в премудрости Своей
Отец Любви для светлых сыновей.

Я потому реку тебе сие,
Дочурка благодати, что в себе
Должно тебе открыть заветный свет —
Жизнь искры золотой. Тогда рассвет
В твоём лице небесном оживёт,
Потоком он прольётся, небосвод
Окрасив в цвет надежды краской дня;
И ты узришь, как всходит в небеса
Светило благодати — солнце. Свет
Его лиётся ко земле, привет
Неся ко множеству её живых существ,
Живущих Словом новым. Жизни весть
Прольётся с уст златого солнца дня —
То будет песнь младенца, что тебя,
Моя душа святая, наречёт
Небесной Мамой. И святой народ
В глуби твоей начало обрести
Сумеет, чтобы путь любви пройти
По стезям, что в единство полотна
Сплетаются потоками. Дитя!
Ты сможешь испытать сие, когда
Родится в сердце малом чистота —
Белейшая, как солнца ясный свет,
Нежнейшая, как Матушкин привет,
Прозрачная, как горних вод поток,
И свежая, как молодой росток.
Что есть живая чудо-чистота,
Поведает лилея, чтоб взросла
Ты, душенька моя, в цветок любви,
Несущий в сердцевине жар земли
Обетованной — чудной и живой,
Растящей благодать. И Бог Святой
Тебя поднимет на крылах зари
В обитель правды, дабы в ней взросли
Святые звёзды Божьей чистоты,
Обретшие начало — свет души —
В тебе, родной и трепетный поток,
Отца Святого нежный голубок.

Что есть святая Божья чистота —
Должно тебе познать, и глубина
Откроется для сердца твоего
В сём слове. Ибо Божье естество
Тебя к сему мгновенью приведёт —
Ты внутрь себя почувствуешь, как род
Отца Любви в рассвете золотом
При звуках нежной песни, с неба в дом
Твой приходящей, в вере оживёт.
И выйдет на простор святой народ,
Родившись светом рода — славой дня.
Сие свершится! А пока ж, дитя,
Ты будешь к дню святому путь творить,
Своею жизнью станешь проходить
Чрез все искусы, испытанья, тьму,
Стремясь в свою заветную зарю.
В пути сём встретишь, дочка, ты не раз
Врага, который зол. Он хитрый глаз
На путь души да будет обращать,
Чтоб соблазнить её и удержать,
Чтоб воспрепятствовать движенью в день,
Оставив душу в сумраке, что тень
Собой питает, дабы тень царём
Воссела на престоле в мире том,
Который скрыт во внутреннем души
И должен во вселенную взрасти.
Когда к тебе глухая чёрна ночь
Придёт, покров свой разостлав, помочь
В беде сей сможет душеньке твоей
Свет чистоты. Стремись его лучей
Услышать переливы, ощутить,
Как внутрь тебя живёт он, дабы жить
Сей чистотой, взирая чрез неё
На мир природы Божьей, в бытиё.
И ворог, что предстанет пред тобой,
В страх душу не введёт, закрыв собой
Её рассудок, мысль и веры свет.
Он будет биться — ты ж узришь, что нет
В его словах ни правды, ни огня:
Он мёртв и преходящ. Твоя ж стезя
Ведёт тебя в простор, где вечный гимн
Поют творенья жизнью, став живым
Единством Бога — светлым и святым.
Всегда небесным светочем храним
Тот путник, что вступил в свою стезю,
Неся в глубинах светлу чистоту.

Лукавый пребывает на земле,
Плетёт он нитью хитрой речи все:
Покровы он стремится натянуть
На лица душ. Когда душа взглянуть
Захочет на себя — узрит она,
Как непригляден, страшен лик ея,
Как сердце суетливо, как пусто,
Как жизнь страшна её — то бытиё,
Которое считала славой дня
Сия душа. И горькая слеза
Заполнит глаз её, душе невмочь
Всё это перенесть — и в тёмну ночь
Она войдёт, хуля себя и то,
Что возрастила жизнь в ней. Естество
Страдалицы замрёт; она, как столп,
Застынет пред преградой; тихий стон
Лишь иногда из уст её слетит,
Растаяв в дымке мутной. Не светит
В такой душе жемчужина красы —
Свет неземной прекрасной чистоты.
Душа такая тьмою лишь живёт,
Не помышляя о свободе. Вот
К чему приводит душеньку земли
Отсутствие во внутреннем красы
Святого Бога — света чистоты.
Имей его душа — и все шаги
Свои свершишь из тьмы во свет, да так,
Что убежит от душеньки злой враг,
И не сумеет он её в полон
Ввести ничем. Ведь чистой веры дом
Построит в испытании душа,
В основу взяв то Слово, что Творца
Святого даровали ей уста.
Душа увидит, что она мала
Лишь в этот день. И это — не хула
Той жизни, что хранит её от зла,
Ведь всё взрастает на земле, и ввысь
Поднимется росток, что мал и нищ
В начале своего пути. Придёт
Пора его расцвета — и взойдёт
Цветок прекрасный над землёй родной,
Раскрывшись в благодати. Бог Святой
Его в Свои ладони примет, дав
Цветку любви всё то, чем Сам богат.

Когда живёт душа, неся в груди
Свет неземной священной чистоты,
Она легко выходит из ночи;
И не смущает душу глас тоски;
Её не мучит злобою печаль;
К ней не подходит ревность; ибо в даль
Божественной небесной чистоты
Душа свершает верою шаги.
Когда пред очи путницы придут
Другие души, что в себе несут
Несовершенства, страсти и порок, —
Душа, что светом истины живёт,
Не соблазнится, их узрев. Она
Пред ними встанет верой — и звезда,
Родившись в её сердце, расцветёт,
Потянется к другим, чтоб хоровод
Смог сотвориться из златистых звёзд,
Живущих во глубинах душ. И дождь,
С небес пролившись, чудо совершит:
Пробудит души он — и станет вид
Страдалиц-душ прекрасней и милей,
Возвышенней и во сто крат светлей.

Пока душа блуждает по земле,
Неся покров тяжёлый на спине,
А на плечах — дубовый мрачный крест,
Она страдает и не может весть
Небес святых услышать. Только глас
Лукавца красит дни её; и час
Страдалицы становится как век,
В котором для неё отрады нет.
Она томится в сумраке глухом
И судит всех, кто к ней заходит в дом.
И оттого становится её
Жилище мрачным, ибо своего
Родного брата странница-душа
Готова обличить, судом разя
И подводя под молот огневой —
Под свод законов, что своей главой
Придавят душу бедную: она
Уж встать не сможет из-под спуда зла.
Так будет она век свой осуждать
Всех прочих; с нетерпеньем ожидать
Душа такая будет того дня,
Когда пред очи явится ея
Душа другая, дабы ту больней
Ударить в грудь, поработить и в ней
Найти источник власти. Бытиё
Душа в бесчинствах проведёт, и всё,
Что ею сотворится, обличать
Её саму и будет. Так страдать
Во мраке мира этого дано
Всем душам, что не жаждут в бытиё
Войти потоком молодой души,
В купели обновившейся в тиши
Святого Духа, в свете чистоты
Омывшейся, свершающей шаги
Не ради плоти, но во славу дня,
Во торжество родимого Царя.

В земле большой есть души, что живут
Стремленьем к чистоте; они не ждут
От века своего власть и престол,
Но жаждут сии души Божий стол
Обресть затем, дабы прильнуть к нему
Устами веры и познать свою
Вселенную чрез пищу бытия —
Чрез Жизнь и Слово. Пред тобой, дитя,
Уж открывается небесный путь,
Ты встала ножками в него — и суть
Основ святых открылась, дабы здесь
Ты обрела всё благо, кое есть
В сокровищнице Божьей чистоты —
Во храме Божьей мудрости. Иди,
Дитя моё, смелее в новый путь!
Пусть наполняет свежий воздух грудь
Твою младую, пусть его слова
Ведут тебя в простор Любви Отца!
Чиста будь, дочка, в дне любом всегда,
Себя стремись увидеть в свете дня,
Других узрей в сияньи чистоты,
Пойми, что трудно им во тьме идти.
Когда ты сможешь чистотой взглянуть
На душ тех, — и увидишь, как их грудь
Собою наполняет свет Творца.
Пусть он пока незрим в них — есть звезда
В сих душах малых, и она взрастёт.
Ты в это веруй: день такой придёт,
Когда все души встанут пред Творцом
Как пред родимым, неземным Отцом
И воспоют своею жизнью песнь
Святых побед и торжества. Пусть весть
Небесной дочки — Божьей чистоты —
Тебя ведёт по стезям через тьмы
Заслоны, через тернии, чрез мглу!
Прими, дочурка света, в глубину
Своей души всё благо, что к тебе
Творец твой приведёт. Пусть будут все
Явления природы жить в груди
Как свет великой воли, свет любви!
Прими всё, дочка милая небес,
Ты в жизнь свою: и заповедный лес,
И луг златой, и поле, что стоит
В убранстве матери-земли, и нить
Реки святой; потоки всей земли
Прими в себя, дочурка чистоты.
Пусть всё живое в жизнь твою войдёт!
Пусть в сердце малом светом расцветёт
Огонь Божественной святой красы —
Песнь Божией Премудрости любви!» —

Так молвил чудный цвет, сойдя к душе
Дочурки благодати. Та же все
Слова цветка в глубины приняла
И даром вечным в сердце понесла.
Как сердце Девы молодой поёт
От радости небесной! И в полёт
Готово уж отправиться оно,
Чтоб обозреть во свете бытиё
Природы чудной, дабы всё принять
В жизнь дочке света, дабы в мире стать
Ей жизнью пресвятой — огнём любви,
Зажжённой в тишине свят-чистоты.


ГЛАВА 3

Всё в мире Божием растёт, чтоб жизнь
Познать благую не чрез букву книг,
Пропахших пылью, а чрез нови свет,
Чрез путь благих открытий, что в завет
Ведёт творенья матушки-земли.
В природе всё растёт, к Отцу Любви —
Ко свету благодатному — стремясь,
Ввысь в небеса, ведь в них искрясь
Живут потоки лучезарных вод,
Что смогут напитать земли народ
Своею жизнью. И когда уста
Земли народа примут внутрь себя
Живительный Божественный нектар —
Вод чистых свежесть, кои даровал
Отец небес творениям земли, —
Тогда взрастут они в святой тиши
И станут зрелой жизнию во всём.
Отец для них откроет путь в Свой дом,
Чтоб жили в нём творения земли
Сынами воли Божьей и смогли
Творить дела, достойные Творца,
В них приближаясь к золоту венца.

Растёт в земле пичуга, цвет растёт,
И древо благодатное цветёт
Убором красок чудных, тварь земли
Свершает своей жизнии шаги.
И малый жук, и бабочка растут,
И стрекоза, что любит дивный луг,
Украшенный соцветьями любви, —
Всё любит жизнь. И к ней одной идти
Готовы все творения земли,
Неся внутрь сердца дар святой мечты —
Надежду, что настанет дивный час,
Когда с небес прольётся Божий глас,
И примет Сам Творец детей земли —
Её творений — в рученьки Свои,
Чтоб те могли познать во свете рук
Божественной любви себя, и звук
Мелодии Премудрости приняв
В свои сердца, через принятье став
Детьми Святого Слова; чтоб смогли
Творенья возрасти в детей любви,
Родившихся от Слова в тишине
В бескрайней Материнской свят-душе.

Природа волей Божией полна —
Вершатся в ней законы бытия:
Всё, подчиняясь волюшке Творца,
Стремится в жизнь, к сиянию венца,
Что златом чистоты чело всех душ,
Творений, сущностей украсит. Слово муж
Тогда зажжётся в душеньках звездой;
В творениях оно своей рукой
Напишет новой жизни имена —
И выйдут в жизнь творенья, что в себя
Вместили Слово Жизни, дабы свет
Бескрайней воли мог вести в завет
Творения земли — в последний день,
Где встретит их садов небесных сень,
И свежее дыхание Творца,
И нежный свет прекрасного дворца.

Всё воля Божия в земле вершит:
Приводит души к жизни, дав им щит,
Который охранит от зла и бед,
От ворога лихого, что навет
Стремится возвести на душ земли,
Через сие ведя их в мрак злобы.
Собою наполняет бытие святая воля,
И в её руке всегда горит светильник чистоты,
Что озаряет путь для душ земли.
Что волюшка откроет — то свершить
Да смогут души, своей жизни нить
Творя в трудах молитвенных, чрез ночь
Идя во злато утра; словом дочь
Рождаясь в синеве святых небес —
Звездой златою, что вмещает весть
Небесной светлой жизни внутрь себя.
Чрез тернии ведёт закон дитя
Любви святой, чтоб Божьей воли цвет
Раскрылся в торжестве благих побед
Добра над злом, чтоб зарево любви,
Украсив светом нежным небеси,
Смогло плащом прикрыть сие дитя,
Покровом верным став. В простор Царя
Свершают путь творения земли,
Ведомые законом, что в тиши
Премудрости Великой начертал
На свитке белом Бог. Сей свиток дал
Он в дар земле, чтоб та смогла взойти
Чрез жизнь свою в простор святой любви,
Чтоб мать-земля познала чрез детей
Своих глубин тот мир, что перед ней
Откроет Бог Великий, Бог Святой,
Отцом Небесным став земле родной.

Я далее продолжу Свой рассказ,
В синь Божию вас поведёт Мой глас;
Вы станете расти чрез жизнь в любви
И волю познавать вовнутрь души
Великого Творца. О воле дня
Поведаю вам дале, ибо Я
Должна привесть вас к свету новизны,
Открывшемуся в воле чистоты.
Вам должно, дети милые, познать,
Что волюшка несёт в себе, чтоб власть
Обресть в просторах дорогих своих.
Ведь вы — миры, и должно будет в них
Вам править мудро, волею Творца
Верша во свете Слова все дела.
Вам должно волю Божию познать
И чрез принятье тайны светлой стать
Наследниками Господа Любви —
Сынами правды, истой чистоты.
Смотрите, дети малые Мои,
На то, как возрастает дочь в тиши
Природы чудной, ибо вам дано
Принять в сердца природы естество,
Все тайны воли Божией раскрыть
Чрез жизнь во Слове. Должно детям быть
Всей полнотой природы бытия,
А посему, когда реку вам Я
О росте малой Девы, вы ушком
Ко Мне склонитесь — и влетит в ваш дом
Восточный сладкий, нежный ветерок;
Он молоком прольётся чрез порог
Святого дома. Вы ж, его приняв
В свои уста, им сердце напитав,
Да станете мудрее во сто крат.
Ведь ветер сей есть жизнь, и будет свят
Лишь тот, кто слово ветерка любви
Приимет в жизнь и возрастит в тиши
Его ласкающих речей свет-плод.
Я вас веду в Свой мир, чтоб Божий род
Наполнился Сынами чистоты;
Я так хочу, чтоб дети возросли
В наследников достойных, что принять
Плод правды смогут в жизнь. И в свете стать
Они сумеют солию земли,
Её живой красой. Во дни сии
Я вам реку о дочке бытия;
И тот, кто мудр, узрит, что сказ даря
Вам, детям малым, Я несу в ваш дом
Бесценный дар; и мудрый станет в нём
Вершиной мирозданья своего.
Но помнить должно вам, что естество
Моё речёт о мудрости живой,
А не о книжной, коя чернотой
Покрыть стремится сердынько души,
Чтоб та жила во тьме, свои шаги
Верша законом плоти, смертный ряд
Собой умножив. С вами говорят
Святые небеса Моей любви,
Чтоб вы, младые птенчики Мои,
Взрастали, как и звёздочка Моя —
Дочурка славы Божьей, дочь Царя.
Дочурка светлая росла, как все
В земле сей дети, но в её душе
Был скрыт заветный злато-огонёк,
Он помогал расти душе в поток,
Который в воле Божьей возрастал,
Свои глубины с ширью обретал.
А в самой глубине святой души
Жемчужина небесная в тиши
Уж созревала. Но никто в земле
Не знал о том. Когда взирали все
На девочку, то видели: она
Растёт во внешнем просто, но душа
Её небесной чистотой живёт;
В ней доброты несказанной росток
В мир тянет свои листики, творя
В великом мире светлого Царя
Дела благие. Весь народ любил
За это дочь Царя. О ней сложил
Народ земли святую чудо-песнь.
Как радостно из уст им было несть
Хваление Царю, что стал отцом
Дитяти дорогого! Но при всём
При этом дочка царская была
Скромна, кротка, смиренна и щедра.
Она при звуках песни дорогой
Не возвышалась гордою главой,
Как делают то сильные в миру,
Но поднимала девочка главу
В то время, когда песнь лилась рекой,
Ввысь благодати, чтоб мольбой живой
Ей восхвалить Создателя Любви
За жизни дар. И, словно две звезды,
Светились её оченьки в сей миг:
Дитя молилось — озарялся лик
Её светилом неба, а душа
Взлетала в горню высь. Все небеса
Встречали душу светлую в свой храм,
А душенька летела к небесам,
Как ласточка любви, как голубок,
Иль как небесной радости цветок.
Хвалил народ земли её всегда
За то, что не смотрела свысока
Она на души малые, но к ним
Сходила терпеливо, всем благим
Одаривая душеньки земли.
Когда ж пред ней вставал чужой земли
Скиталец, то к нему в сей миг дитя
Водицу подносила, и ея
Глаза светились милостью благой.
Приимет путник дар её святой,
Водицей смочит бедные уста,
Чело рукою оботрёт — и вся
Печаль его покинет, улетит,
Тоска и грусть оставит, зазвенит
В душе его надежды ручеёк.
Поверит путник бедный в то, что срок
Его ещё не подошёл к концу,
А стало быть, должно идти ему
Живою верой в новый мир, ища
Его своей душою. И всегда
Он будет помнить о глазах святых,
Что милость даровали сердцу; стих
Рождаться будет в сердыньке его.
Пойдёт он по земле, и бытиё
Его твориться будет новизной —
Стихом святым, рождённым в день благой.

Во царстве множество росло детей,
Но не было в нём выше и светлей
Дочурки благодати. Как народ
Был рад, что воли Божьей род
В нём обретает жизнь свою, растёт
В лице дочурки чудной! Ведь цветёт
Через рожденье девочки весь мир
Земли большой. И вот уж славный пир
Желает для народа своего
Отец устроить. И его чело
Наполнилось заботой: «Как же пир
Достойно провести, чтоб весь мой мир
Смог на него прийти и дань отдать
Великой воле Божьей? Мне призвать
Должно на этот пир весь мир большой.
Народ моей земли чрез то благой
Дар обретёт. Я должен принести
Благодарение народу, что растит
В своих сердцах любовь к звезде моей.
Как быть мне в этом деле, чтоб светлей
И лучше пир заветный провести?
Мне в деле сём лишь к Господу сойти
Должно, чтоб Святый Боже указал
Мне тот заветный путь, который б стал
Стезёй живой!» — «О Всеблагой Господь!
Я пир решил устроить, но не плоть
Хотелось бы прославить мне на нём,
Но волю всеблагую, что мой дом
Собою осветила. Я хочу
Пред очи неба в день сей дочь мою
Да привести, чтоб Ты взглянул, Господь,
На дочь мою, сказав при том, что новь
В сердечке детском трепетном живёт,
Что продолжение обрёл мой род.
Я так хочу, чтоб весь народ земли
Моей великой смог в святой тиши
Услышать песнь Твою о дочери любви.
Народ её так любит, но расти
Должно ведь и ему в своей любви.
Иначе можно так в закон войти,
Когда любовь живая смертный яд
Внутрь сердца примет. Я, конечно, рад
Тому, что дочку милую мою
Народ так любит, но к Тебе веду
Я малую дочурку в воле дня.
А стало быть, узреть шаги ея
Необходимо жителям земли
Моей великой, чтоб смогли они
Любить её по-новому — не так,
Как любят в этом дне. Я очень рад,
Конечно, той любви, что мой народ
Несёт к сей Деве малой. Но ведь род
Божественный познать лишь через жизнь
Всем душам можно, ибо жизнью лишь
Они войдут в познанье таинств дня.
А посему молю, Господь, Тебя
О том, чтоб Ты помог устроить пир
Для всей земли моей, чтоб Твой эфир
Наполнил мир; и весь народ земли
Узрел в лице дитяти свет любви,
Жизнь воли Божьей, а затем вошёл
В просторы воли чудной, мрачный дол
Земных суждений суетных забыв,
Оставив то, что прежде он за жизнь
Да почитал. Я так хочу, Господь,
Чтоб свет великой жизни чудо-новь
Родил в сердцах всех душ моей земли.
Я так хочу, чтоб в ней взросли плоды
Движения благого, что в себе
Несут законы Божьи. Я к Тебе
В сей день, Господь Великий, припаду
Своей главой: я так Тебя молю
О том, чтоб Ты прозренье даровал
Мне, малому, и я б тогда познал,
Как должно пир великий провести
Мне для народа всей родной земли!»

Луч золотой излился с небеси:
То откровенье Божие в тиши
Молитвы нежной родилось — и Царь
Узрел очами светлой нови даль.
Увидел он, как луч небесных сил
К нему излился. Как же был он мил
Для сердца, что желало свет познать
И верным Всеблагому Богу стать!
Исшёл с небес великий чудный глас:

«Прими, Мой сын, любви святой наказ,
Чтоб в жизнь его душою понести,
Чтоб возрастить сей дар в оплот страны!
Желание твоё, Мой сын, светло,
А посему наполню Я чело
Твоей главы сиянием златым,
Чтоб ты воспел пресветлой жизни гимн,
К высотам обращённый. О Мой сын!
Должно тебе устроить славный пир
Для душ своей земли. И в том Господь
Тебе поможет, чтоб не грешну плоть
На пире этом ублажать тебе,
Но дух, что ввысь стремится к свят-горе;
Ведь пир сей напоить весь должен свет
Святой водою правды — той, что нет
Прекрасней и прозрачней. Ты вино
В воде сей обретёшь, дабы оно,
Нектаром Божьей мудрой речи став,
Наполнило уста всех, кто богат
Живущим в сердце светом чистоты.
Вино святое примет внутрь души
Лишь тот, кто честен, искренен во всём,
Лишь тот, кто жизнью жаждет в Отчий дом
Взойти, чтоб стать в нём правдою святой,
Живущей в чистоте любви благой.
Благословляю Я тебя на труд!
Ты пир устроишь в воле светлой; друг
Тебе поможет в этом. Ты всегда
Его узреешь в сердце, внутрь себя:
Он — брат твой верный, он — твоя рука,
Которая в себе несёт меча
Сиянье жизни. Будешь ты с ним смел,
В своих дерзаньях прям и честен; в плен
Плотских стремлений ты не попадёшь,
Когда пребудешь с ним, ведь он всю ложь
Откроет перед взором глаз твоих.
С тобою он пойдёт к мирам святых
Господних светлых слов. О милый сын!
Ищи в своём сердечке брата — с ним
Ты станешь той могучею рекой,
Что внутрь себя несёт огонь живой,
Дающий свет-начало душам дня —
Бесценным искрам Божия огня.
Сей брат есть воли Божией оплот;
Живёт в нём свет огня святого; род
Божественный сокрыт внутри него;
Он есть твой путь, он есть то бытиё,
Которое должно познать тебе
Как сыну воли Божьей, что в себе
Хранит закон незыблемый, живой,
Основой мира став, его главой».

Слова сии услышав, милый Царь
В волненьи замер, а небесна даль
Пред ним раскрыла дивные свои
Просторы жизни. Смотрит Царь — они
Наполнены сияньем красок дня:
В них бирюза колышется, звеня
Прозрачным ручейком; в них свет зари
Багрянцем красит мир святой земли;
В них золота живительный поток
Струится тихо, словно ангелок
То говорит, неся приветну песнь
Из уст своих. В просторах дивных есть
И цвет младого древа, что растёт,
Чрез множество цветов стремясь в полёт
Небесной кроны; есть здесь цвет мечты,
Он — розовый, как плат младой зари;
Есть цвет с волною моря схож, и он
Покой несёт к душе — не тот, что в сон
Собой ввергает душеньки земли,
А тот, который душам принести
Сумеет тишины напев благой.
В просторе неба есть тот цвет живой,
Который красит лица малых душ
Молитвой тихой... И когда узрел наш муж
Сии красоты неба — замер он.
А небеса наполнил тут же гром
Своею песнью мудрой. И стрелой
Уж молния летит, своей златой
Десницей крася чудный небосвод.
Наполнился он влагой жизни — вот
Уж капля света с небеси сошла,
Земли коснувшись тихо. Вот одна
Ещё упала капля, и ещё... —
В природе всё в движение пришло!
С небес лиётся золотой поток —
Река струится светом — Божий слог
Рождается в напеве неземном.
И Царь в потоках видит милый дом,
В котором он живёт. Но как дворец
Родимый изменился! Жизни весть
Его преобразила: он горит
Огнём священным и глаза слепит
Своим сияньем. Но не может Царь
Отвесть глаза от дома, ибо жаль
Ему виденье чуда пропустить.
Он смотрит на дворец — и тот горит
Сильнее всё. Но чувствует наш Царь,
Что очи не слепит уже та даль
Златистой нови, что дворец его
Собою озарила. Естество
Его привыкло созерцать дворец
В сияньи неба. Вот златой венец
Узрел наш Царь. Венец сей над главой
Дворца родного поднят был рукой
Святого Бога. «О Господь Благой! —
Промолвил Царь. — К Тебе, мой Бог Святой,
Я припадаю трепетным челом,
Благодарю за то, что Ты мой дом
Собою озарил! И знаю я,
Как должно пир провесть мне, чтоб дитя
Родное на устроенном пиру
Мне показать всем душам и хвалу
Тебе принесть. Ведь Ты, мой Бог Живой,
Открыл прозренья путь, в чертог златой
Ведя младенца малого. Как я
Благодарю, мой милый Бог, Тебя
За то, что Ты так милостив ко мне,
За то, что Ты даруешь в тишине
Превечной мысли дар Своей любви
Рабу святого сердца! Я в Твои
Обители свой устремляю ход,
А вслед за мной во свет Твой весь народ
Моей земли пойдёт, чтоб в дне святом
Воспеть единством песнь Тебе и дом
Наполнить Твой сиянием огня,
Что стал единством в множестве, храня
Твои заветы вечные, мой Бог,
Источие моё и мой чертог».

С прозрением в глазах вступает он —
Наш милый Царь — в день новый; окружён
Он слугами небесными; они
Служить Царю готовы, чтоб шаги
Его наполнились живою правдой дня.
Вот глашатая шлёт наш муж, чтоб вся
Земля узнала о грядущем и вошла
Достойно верой в день святой. Земля
В себя приимет светлой нови глас:
«Земля моя! Приди на пир в сей час
Ты к царскому дворцу — и в воле дня
Узреешь ты великое дитя!
Через сие ты множеством взрастёшь
В единство жизни; и покинет ложь
Лукавая тебя; в свободу ты
Всем сердцем обратишься — и мечты
Твои да станут явию живой.
Иди ко мне, земля, на пир благой,
Неси с собою кубки, чтоб вино
Их наполняло, пенясь! Ибо всё,
Что сможешь ты принять, моя земля,
Здесь на пиру, послужит для тебя:
И хлеб небес, и чистая вода,
Игристое вино моя рука
В сосуд нальёт твой, дабы ты смогла
В напитке древнем созерцать слова
Преданий вечности. Увидишь ты, земля,
То, что основы истины дитя
Несёт в себе; и должно всем прочесть
В её пути ту книгу, что как весть
Вольётся своей силою в миры
Твои, земля. Иди ж ко мне, иди!
Я встречу тебя с кротостью к себе
На пир великий, и что есть во мне, —
Ты сможешь всё принять вовнутрь себя.
И всё, что скрыто жизнью внутрь дитя
Моей любви, ты примешь в жизнь свою,
Моя земля. Я в светлую твою
Святую глубину молитву шлю:
Услышь её, земля, — я так хочу,
Чтоб стала ты землёю чистоты,
Чтоб родила ты дивные плоды,
Чтоб поднялась ты выше всех вершин,
Главою уходя в небесну синь!»
И слыша этот глас, земля Царя
К нему спешит на пир, в себе неся
Всё множество творений, малых душ,
Созданий, слов и букв. А мудрый муж
Встречает их, благой поклон неся
Ко множеству земли родной. И вся
Земля трепещет: чудо! ведь сам Царь
Склоняется пред ней. «О государь!
К тебе пришла я светлою душой,
Ревнуя о любви, о том, чтоб свой
Открыть великий мир в твоей красе.
Ты — Царь мой милый, и ищу в тебе
Я утешенье светлым всем мечтам;
В тебе я нахожу своим словам
Свидетельство. Ты для меня — отец;
Через тебя расту я, и венец,
Что на главе моей лежит, растёт
Лишь чрез тебя, мой Царь. К тебе идёт
Народ мой славный — множество моё.
Прими его, мой Царь, во бытиё
Своей души, превечной и живой,
Что с Богом сочеталась в час благой!
Прими меня, мой Царь, в свою красу,
В жизнь слова правды, ибо так приду
Я множеством своим в простор Творца,
Познав свободы Божией слова!»

И Царь в волненьи говорит: «Земля!
Ко мне пришла ты в волюшке Царя
Вселенной всей. Он — Бог, Он — Свет Живой,
Он — Слово, что питает всё Собой.
Я перед Ним так мал, ведь Он есть жизнь,
Начало благодати; и стремись
Ты, светлая земля моя, к Нему.
Ведь Он — конец твой. Я ж в себе несу
Лишь то, что мне определил Господь.
Ты смотришь на меня — и видишь плоть,
Но искру света вечного не зришь
Ты в образе моём. Пока летишь
Ко мне ты на крылах подобья, но
Придёт день славный — я его давно
Уж ожидаю: в этот день земля
Узрит Святого Бога. И живя
Его Превечным Словом, будешь ты
Свершать во свете образа шаги,
Ведущие тебя в пресветлу высь.
Стремись, моя земля, к сему, стремись!
Свой взор ты обращай ввысь, в небеса —
Пусть полнятся святой слезой глаза!
Пусть в них рождается живой родник!
Пусть начинает жить в них светлый стих
Божественной Премудрости! И я
Так буду рад тому, что ты, любя
Пресветлого Творца, идёшь к Нему!
Не в славе внешней радость я ищу,
Но в славе Богу неба и земли.
Я так хочу, чтоб все твои сыны
Познали через жизнь Его Слова!
Я так мечтаю, что придёт пора,
Когда Творец Великий осенит
Всех душенек твоих, в их очи влив
Поток прозренья Божьей чистоты!
Ведь ты тогда ко Господу Любви
Приблизишься, и сможешь ты сказать
Ему о том, что светлой песнью стать
Желаешь в Царстве Божьем, — и Господь
Тебя благословит. Иди чрез плоть,
Моя земля, ко свету бытия!
Пусть дух ведёт всегда в пути тебя,
Его узрей ты в сердыньке дворца
Моей любви — тот дух есть дочь моя!»

Слова Царя, как радуга, взошли
На небеса земли — и расцвели
Улыбкой чистой лица малых душ.
Пред ними дочь стоит, а рядом муж —
Великий Царь стоит, и с ним — жена —
Царица, чьи сияющи глаза
Не просыхают от потоков слёз.
Узрел то чудо весь народ — и грёз,
Пустых мечтаний скинул он покров
С плеч малых и узрел пресветлый кров,
А в нём столы широкие стоят;
Напитки в кубках золотых шипят;
Играет молодой любви вино,
К себе влечёт все души, дабы то,
Что скрыто в сих фиалах золотых,
Испили души, ко Словам живых
Скрижалей приближаясь. На столах
Уж видят души яства, что стоят
Красивы с виду и вкусны, свежи,
И аромат струится. Те ручьи
Благоуханий приняли в себя
Младые души и за стол Царя
В тот миг же сели. Пир идёт горой,
Но нет в нём страсти, ведь огонь живой,
Зажжённый мудрой Отчею рукой,
Хранит все души в чистоте, и Свой
Покой дарует душенькам земли
Творец Великий. Ведь на пир любви
Он пригласил всех душенек Царя,
Чтоб те взросли, узрев любви дитя
Во свете новизны. И для того,
Чтоб пир прошёл в покое и своё
Исполнил назначение, Господь
Хранил всех этих душ, и светлу плоть
Свою даруя им и алу кровь.
И яства все несли в себе ту новь,
Что стала жизнью светлой и святой
Во Слове правды, истины живой.

Вкушая пищу нежную небес,
Все души узревали, как дворец
Преображался. И в глуби его
Все души обновлялись; естество
Их становилось выше и светлей.
И чувствовали души, что смелей
Взор становился, и могли они
Глаза уж поднимать ввысь, в небеси.
Не чрез Царя они уже несли
Молитвы к небу — душеньки могли
Молиться сами, сами называть
Творца Великим Господом, что стать
Для них Отцом Небесным должен. Мир
Открылся перед ними чудный. Пир
Всё это сотворил, и души те
На новую ступень в своей земле
Уж поднимались, верою верша
Свой первый шаг. И нежные слова,
Которые рождались в их сердцах,
Они несли к дитяти, тленный страх
Оставив и оставив крик хвалы
И тленных славословий, что с земли
Не поднимали их. Ведь те слова
Рождались лишь во тьме. Сейчас пришла
Для них пора иная: в жизнь вошли
Все души сей красавицы-земли.
И должно было им чрез жизнь познать
Свет, скрытый внутрь дитя, затем, чтоб стать
Им миром для него. Ведь день придёт,
Когда дочурка света возрастёт
В дочь славы Отчей, и наследством Царь
Откроет перед ней свой мир, чтоб в даль
Вошла дочурка верою живой.
И для сего должно взрасти в святой
Красе небесной душам сей земли,
Чтоб стать достойным миром для души
Дочурки царской. Пусть растёт она
Премудростью в Царицу, что храня
Завет отца и матушки родной,
Воссядет на престоле в день седьмой!
Пусть возрастает вместе с ней и мир,
Что уготовлен для неё — и пир
Сему послужит: весь народ земли
Взрастёт во свете молодой звезды
Прозренья и открытия любви;
Соединятся мир и свет души,
Прошедшей через огненну купель
И жизнию обретшей колыбель
Премудрости Божественной! Пусть все
Взрастают души светом в сей земле:
Не будет в ней убогих и больных,
Не будет в ней корыстных, хитрых, злых,
Но будут души все расти в любви,
Во свете Материнской чистоты,
Купаясь, обновляясь в сей воде,
Что золотом искрится, полня все
Слова, что в них живут, святой водой,
Рождённой каплей света в день благой!

Так должно миру Божию взрасти,
В великой воле путь свой обрести,
Чтоб в нём раскрыться полною рекой,
Вмещающей потоки слов, златой
Жемчужиной раскрытой возрасти.
И стать вселенной для святой души
Должно благому миру, дабы та,
Что Господом Благим наречена
Душою Света, приняла в себя
Весь Божий мир, родив чрез жизнь дитя
И став его истоком. Всё Господь
Определил так мудро, дабы новь
Собою наполняла мир Его
И вечно развивалось естество
Души святой. Всем душам суждено
Познать свой мир и возрастить его
Красу живую — Господа Любви.
Спасением Он станет для земли
Святой души. Сама ж сия душа
Да в Матерь возрастёт, и жизнь ея
Белейшим полотном, что златом букв
Украшено, приимет Божий Дух
В свои основы. Этот труд души
Да будет книгой вечной в небеси
Сиять, как звёзды золотом горят.
К сей книге души притекут — и свят
В её сияньи вечном будет тот,
Кто примет в жизнь свою священный род
Как семя золотое, а затем
Взрастит во плод его и душам всем,
Растущим в мире этом, принесёт
Спасением живым сей чудный плод.

Когда прошёл в дворце великий пир,
Все души возвратились в прежний мир,
В котором до сего они росли.
Но совершали душеньки шаги
Свои теперь иначе: свет любви
Их вёл своим сияньем, и они
Творили новый мир, чтоб в нём дитя
Смогло жить, познавая мир Царя.
Перерождалось всё в земле большой:
Всё становилось выше, ко святой
Звезде стремясь движением своим.
И чудно было то, что даже гимн,
Который воспевали в сей земле
О Деве Светов, стал иным: в нём все
Слова, как ручейки живой воды,
Собою орошали все сады
Земли большой. И в них росли плоды,
Что сами пели о красе звезды,
Родившейся в покоях царских. Гимн
Сей был так светел, ибо вместе с ним
Росли все души. Гимн не возбуждал
Ни в ком огня земного — он звучал
Звенящим ручейком, и души все
В нём капельки своих младых сердец
Могли услышать. Видели они,
Что песнь неся о дочери любви,
Они поют и о самих себе,
О том, во что им должно в тишине
Её любви взрасти. И песнь сия
Их поднимала ввысь. Они, храня
Её напевы чудные в груди,
Летели в обновленье, чтоб сии
Напевы Музы сердцу дорогой
Живыми были, и огонь златой
Горел бы в строчках пламенем любви,
В себя принявшим жизнь всех душ земли.
Узнали души чудо из чудес:
Есть и у них на небеси Отец,
Он в вечности их охранит Своим
Покровом благодати, будут с Ним
Все душеньки земли. Он даровал
Прозренье душам, озарил Он зал
Дворца большого — и узрели все,
Что множеством живут они в земле,
Но должно им в любви Отцовской стать
Единством светлым, дабы в жизнь принять
Наследие скрижалей золотых —
Святое начертанье букв живых.

Со дня того и дочка возросла,
Ещё милее стала; глас ея,
Как нежный ручеёк, в дворце родном
Струился светом, озарял он дом
Своим напевом. Ежий миг она
К родителям своим вопрос несла,
Просила рассказать их о себе
И о природе, что в своей руке
Несла так много таинств. Как отец
Был рад мгновеньям этим, ведь дворец
В сии минуты был как чудный храм:
Он открывался к вышним небесам!
Дочурка спросит у отца — в ответ
Дарует он ей несказанный свет,
Что льётся благодатию с высот,
Неся потоки лучезарных вод.
И что не знает наш отец, то Бог
Ему откроет, дабы было в срок
Даровано всё Деве молодой.
Едва она возжаждет — дар благой
Ей тотчас же даруется с высот,
И дочка в даре дорогом растёт,
Становится мудрее и светлей.
И возрастают в благодати с ней
В единстве мать и Царь благой — отец.
Так полнится, растёт семьи венец,
В котором множество каменьев дорогих
Соединилось силою святых
Господних слов, и звёздочкой венца —
Его вершиной — стала дочь Творца,
Святая Дева Божьей чистоты,
Премудрости небесной и любви.

Сменяются в природе месяца,
А девочка вбирает внутрь себя
Всё то, что месяца приносят к ней,
И с каждым днём становится мудрей
Дочурка благодати. Вот зима
Летит, закрыв покровом небеса.
Она так страшно воет, так шумит;
И солнце в небесах уж не светит;
Повсюду белизна зимы лежит,
Покров её холодный глаз слепит.
Но девочку сие не может в страх
Земной ввести, она ведь свет в очах
Своих несёт — свет веры и любви.
В надежде светлой будет дни свои
Дочурка проводить, когда зима
В своих владеньях покрывало зла
Прострит над сей землёю. Не страшит
Всё это нашу девочку. Пусть спит
Природа под покровом белых грёз,
Пусть в белых шубках хоровод берёз
Заснул, пусть спит великий славный лес!
Придёт его пора — и жизни весть
Над всей землёй большою пролетит,
И солнце золотое осветит
Её пределы — чудная весна
Войдёт в свои владенья! Не до сна
Уж будет всем творениям земли,
Они воспрянут ото сна, свои
Подъемлют очи и узрят красу
Весны небесной, и её звезду
Творения приимут внутрь себя.
Звезда растопит всё, что, в них живя,
Покрылось льдом, холодным и глухим;
И потекут ручьи, звеня златым
Напевом благодати, — песнь Творцу
Все души воспоют. И вот к концу
Совсем уж подойдёт зима, она
Махнёт чуть-чуть крылом — и в небеса
Поднимется на призрачных крылах,
Растаяв в небе. И покинет страх
Творений всех земли, свою главу
Поднимут души — в неба синеву
Свой взор прозрачный души обратят...
А там уж журавли домой летят,
Курлыча о любви и песнь неся
О родине драгой. Когда весна
Пройдёт по всей земле, та оживёт;
Ручьями молодыми потечёт
Тот лёд, который был зимой как щит.
Земля чрез это обретёт свой вид;
В ней семена пробудятся, из тьмы
Поднявшись свежей зеленью весны;
И муравой покроется ковёр
Цветного луга; светлый разговор
Между собою поведут цветы —
Ромашка с ландышем и васильки.
И бабочки свой совершат полёт
Над лугом благодатным, славя род
Великий свой. Жужжание пчелы
Наполнит воздух, во труды свои
Она войдёт и станет вновь, трудясь
На ниве расцветающей, светясь
В бескрайних небесах злат-огоньком,
Мёд собирать и строить крепкий дом.
Наполнится весь воздух звоном птиц:
Их гомон будет светел и лучист;
До солнца поднимаясь на крылах,
Песнь счастья воспоют на небесах
Святые птицы — вестники весны,
Богини жизни, пробужденья и красы.
И девочка, как птица, будет петь
Хваление Творцу Благому, ведь
Он даровал ей жизнь и путь в любви,
Он разбудил всё сущее в груди
Дочурки малой воздухом тепла,
Её он поднял прямо в небеса,
В которых влага свежести младой
Уж полнит облака! И в час благой
Та влага изольётся, гром любви
Наполнит небо гласом чистоты.

Так, бегая по лугу бытия,
Дочурка в лето золотого дня
Вольётся тихо жизнию своей
И будет взращивать красу полей
В своей душе. Ведь летом суждено
Ей возрастить плод жизни — бытиё,
Которое она и принесёт
Пред очи Бога Светлого, чтоб Тот
Наполнил жизни плод Своим огнём
И в золоте плода в Свой милый дом
Поднял дочурку малую — цветок,
Несущую в потоке светлых вод
Все чистые слова Творца Любви.
Отрадно будет девочке войти
В жар летний, где оставит она все
Сомнения свои и на крыле
Труда святого воспарит в ту высь,
Где солнце малых детушек своих
Питает золотым нектаром роз,
Чтоб возрастали те, идя из грёз,
Мечтаний малых в жизни Божьей суть,
Творцами становясь. И будет грудь
Дочурки наполнять огонь добра,
В трудах раскрывшись заревом утра.

Когда ж она плод жизни возрастит
И подойдёт к концу, где огнь горит
Премудрости Божественной цветком
На древе золотистом, в Отчий дом
Её приимут небеса любви.
Свидетельством плод жизни сей души
Да явится пред всеми: взглянет кто
В лицо плода святого — и чело
В тот миг сияньем правды озарит
Сей чудный плод, что золотом горит
На небесах святой души во дне.
Пройдя чрез времена святые все,
Дочурка благодати сможет в день,
От вечности живущий, влиться. Сень
Её садов прекрасных встретит дочь,
Она забудет в мире том, что ночь
Совсем недавно подступала к ней.
Пред нею новый мир — светлей, нежней
Всех прежних — приоткроется; она
Войдёт в него тихонько, свет творя
Своею жизнью чистой. Будет дочь
В просторе Божьем жить; не сможет ночь
К ней подойти, смутить своим крылом.
Ведь Отчий дом — благословенный дом,
Наполненный сияньем красок дня,
Он уготовлен для любви дитя.
И лишь любовью сможет в этот дом
Душа потоком влиться, ибо в нём
Всё пребывает в зареве любви,
В нём всё растёт в дыханьи чистоты,
Стремясь ко свету истины живой,
В святую мудрость воли дорогой.

Всем детям суждено в своей земле
Пройти чрез времена земные все;
И должно им познать, что есть зима,
Что внутрь себя несёт любви весна,
А что таит звенящий лета свет,
И что приводит душеньки в завет
Их осени златой. Чрез это всё
Проходят души: должно к полноте
Им подойти, открыв чрез жизнь Творца
В самих себе, что значит свет венца,
Что возложил Творец на их главу.
И души устремляются чрез тьму
Одной поры к другой, идут вперёд,
А вслед за ними следует народ
И всей земли. Народу суждено
Идти вслед за душою в бытиё,
В пути сём познавая искры свет,
Ведущий душ всех в золотой рассвет.
И для того чтоб жизнь познать сполна,
Дарована всем душам искра та.
Они, неся её в своей груди,
Хранимы в дне любом; она к любви
Их устремляет жизнию своей;
И души совершают вместе с ней
Своё движенье волею Творца,
Ту искорку растя вокруг венца.

В движеньи пребывала наша дочь,
И жизнии её сменялась ночь
Лучистым днём; и снова в ночь она
Входила жизнью новой, чтоб всегда
В движеньи пребывать. В трудах благих
Ей должно было жить, ведь только в них
Дочурка света в свет могла взрасти,
Звездой державы став. И вот уж дни
Её пришли к тому, что возросла
Дочурка в Деву Светов; как звезда,
Она взошла на небеса свои
И светом озарила мир земли.
Взглянул на Деву весь народ: злат-свет
Из глаз её струится, краше нет
Сей Девы молодой; её коса
Как вод потоки чистые, звезда
Сияет на челе её; горят
Огнём священным оченьки; и ряд
Зубов прекрасных, словно перлы то,
Сияет жемчугами; а лицо
Всё озаряют сахарны уста,
Из коих льётся песнь. Когда она
Проходит по земле своей родной,
Все твари поклоняются ей, свой
Неся приветный величальный глас.
Она же им даёт любви наказ;
Всех привечает девица в тиши,
Всему дарует свет; и из груди
Её в минуты эти льётся песнь
Как торжества благого чудо-весть.
Все смотрят на ту Деву — как она
Прекрасна, величава и светла!
Тень не покроет светлое чело
Своим покровом тёмным, ибо всё,
Что Дева та вершит, в любви святой
Сотворено надеждой и благой
Отмечено печатию Творца.
Она — сама Премудрость, свет дворца!
Все в ней одной живут, растя, цветя.
Она уже для всех не то дитя,
Которое нуждалось, чтоб его
Хранили, берегли, пока мало
Оно во дне своём. Сейчас она,
Как солнце золотистое, взошла
На небеса. И даже сам отец
Приходит к чудной Деве, чтоб в венец
Её любви взглянуть и шаг души
Увидеть в свете Девы чистоты.
В венце он отразится — и венец
Покажет всю ту жизнь, что нёс отец
В самом себе. И мать придёт к венцу,
Поклонится пред ним, нужду свою
Откроет — и венец чело её
Собою уж наполнит; бытиё
Царицы станет лёгким и благим,
И воспоёт та жизнью вечный гимн,
В котором имя Троицы звучит
Как солнце благодати. Песнь летит
Сия по всем просторам — песнь любви,
Поющая о Деве, что в тиши
Дворца златого в светоч возросла
И стала полною красой того венца,
В котором звёзды золотом сплелись
В единство круга жизни. Светла мысль
Собою напитала звёзды те —
И вот они все вместе на челе
Прекрасной Девы золотом горят.
Как славен и могуч их вечный ряд!
Они все станут для святой души
Единством духа, и душа свои
Шаги к ним совершит; они ж её
Приимут в круг любви, чтоб бытиё
Прекрасной Девы наполняла мысль
Всех слов небесных. Жизнию сплелись
Все эти звёзды в хоровод один,
И вот уж Дева Светов нежный гимн
Несёт к ним жизнью. Звёздочки её
Напев любовный примут в бытиё
Своё и станут для души святой
Потоком славы, что в чертог златой
Вольётся, в глубине своей неся
Жизнь трёх великих точек бытия.
Так сочетается она в святой тиши
Своим потоком жизни и любви
С потоком Слова Божьего. Господь
Откроется пред нею, светлу плоть
И кровь Свою даруя той, что свет
В себя вместила. Выше в мире нет
Союза благодати, что Творец
С душою заключает, под венец
Пришедшей в белом платье чистоты,
Оставившей всё тленное, свои
Глубины наполняющей огнём
Святого Слова, влагой, с неба в дом
К ней приходящей. И, как Деве сей,
Всем душам должно будет влиться в сень
Чертога благодати, где Господь
Откроет пред душою светлой в новь
Своей любви Божественной стезю.
Та вступит в путь и светлую слезу,
Истекшую из глаз, в дар принесёт
Творцу родному. Пусть всегда живёт
Живая тайна Господа Любви
В сердцах всех душ, что жизнию шаги
Свои свершают! Пусть слова Творца
Ведут потоком правды в мир дворца
Премудрости Божественной детей,
Рождённых Словом истины, и в Ней —
В Премудрости — увидят дети все
Своё светило правды, что в себе
Несёт закон Божественной любви,
Став волей светлой для святой земли! Аминь!